василий олейник

Сослуживцы давно потеряли надежду на то, что он жив. Когда один их них получил от него сообщение: «Я тоже отвоевался, только стал сантиметров на 30 короче», то долго не мог поверить в то, что это не фейк. История мобилизованного отца четырех детей Николая Ронжина, который месяц провел в землянке, лишился ног и прополз 16 километров, чтобы сдержать данное семье обещание, — в материале ИА Регнум. С Николаем мы встречаемся в подмосковном госпитале, первый этаж которого уже с порога буквально кричит: здесь будет тяжело. Вокруг большое число военных. Почти все они — в инвалидных колясках. Кажется, на своих двоих сюда приходят в этот день только родственники и сослуживцы покалеченных боями солдат. В коридоре встречаю даже настоящего испанца. «Тоже наш, — объясняют военные, — доброволец. По-русски ни бельмеса не понимает. Пытаемся объяснять ему какие-то вещи жестами». Испанец с легкой щетиной на впалых щеках, ловко управляя рычажком на коляске с электроприводом, не обращая ни на кого внимания

Значится, так. Жил-был дядя Коля-сварщик, он же — «человек труда». Не айтишник с кофе и макбуком, а мужик, от которого пахнет не лавандовым рафом, а окалиной и чесноком. И была у него маска — не та, что на морду лица при ковиде надевают, а сварочная, старая, вся в кратерах от искр, как поверхность Луны. И вот, значит, сидит дядя Коля в своей бытовке. Вечер пятницы, шашлык на подходе, водичка... ну, скажем, «техническая жидкость» уже охлаждается в гаражном холодильнике. Ждёт начальника, чтобы получить расчёт и отчалить в закат к мангалу. Вдруг — БЗЗЗ-ИНЬ! — прилетает пуш-уведомление прямо в чип, который ему вживили на заводе, чтобы он QR-коды проходной сканировал. Голос в голове, механический, сладкий, как сахарозаменитель: — Уважаемый абонент! Произошла нештатная ситуация на нулевом уровне! Да-да, прямо в основании небоскрёба «Глаз Саурона энд К» трещина в балке пошла! А балка та, знаете ли, с искусственным интеллектом, нервничает, капризничает, требует сварщика с руками, растущими не