Людмила Гулова (Гейнц)

Иногда человек произносит короткую, вроде бы безобидную фразу — и что-то внутри него меняется. Словно он вынул частичку себя и отдал её в чужие руки. Раньше эта частичка грела, принадлежала только ему, а теперь она открыта для чужих взглядов, оценок, непрошеных советов или, что хуже, жалости. Мы живём в мире, где открытость возведена в культ. «Будь честным», «Говори, что на душе», «Не держи в себе» — твердят психологи, книги, соцсети. Но есть вещи, которые, как старая семейная скатерть, лучше хранить в своём шкафу. Не потому, что они постыдны, а потому, что в них слишком много личного, уязвимого. Особенно в зрелом возрасте. Как-то поздним вечером я сидел на кухне один: налил чай с мятой, за окном фонарь качает тень сирени. Зашёл сосед Костя — мы с ним учились ещё в Техникуме, а теперь оба на пенсии, он живёт этажом ниже. Заявился «на пять минут», как всегда, а остался на час. Говорили о разном, и вдруг он сказал: — Знаешь, Вить, я сыну не рассказываю, что беру лекарства в долг. И про д