Татьяна Лесечко (Осинина)

Гвардии красноармеец и командир отделения 1-й стрелковой роты 77-го гвардейского стрелкового полка 26-й гвардейской стрелковой дивизии 3-го Белорусского фронта Юрий Васильевич Смирнов (02.09.1925—25.06.1944) до призыва в ряды Красной Армии успел только закончить шесть классов Макарьевской средней школы и Макарьевское ремесленное училище и поработать сварщиком цеха №43 на заводе «Красное Сормово» в г. Горький (Н.Новгород) (03.02.1942—03.1942). Его отец Василий Аверьянович воевал под Сталинградом, когда Юрий Смирнов попросился на фронт добровольцем в декабре 1942 г., но получил отказ. О гибели отца семья узнала позднее. Черёд Юрия Смирнова умереть за Родину пришёл с наступлением совершеннолетия. А пока он был призван в феврале 1943 г. и стал проходить курс молодого бойца. Вскоре после начала участия в боевых действиях Юрий Смирнов 13.11.1943 был ранен в челюсть в боях за местечко Городок под Витебском. Мы с Юрием шли в 1 цепи, огонь был плотный. Рвались снаряды, обдавало нас мёрзлой зем

Когда немцы нашли его среди развалин, они сначала не поверили, что этот человек ещё жив… Перед ними лежал не просто раненый советский офицер. Это был ослабленный, чуть живой почти потерявший человеческий облик человек, который больше месяца держал оборону Брестской крепости. Без нормальной еды. Без воды. Без связи. Без надежды на помощь. Но самое удивительное было даже не это. К моменту пленения майор Пётр Гаврилов уже не командовал гарнизоном в привычном смысле. Не было ни штаба, ни приказов сверху, ни единой линии обороны. Крепость перешла под полный контроль немцев, однако до конца они её не контролировали – сохранялись единичные очаги сопротивления. Гаврилов был последним таким очагом. 22 июня 1941 года Брестская крепость оказалась под ударом в первые же минуты войны. Артиллерия, авиация, внезапность, ударные штурмовые группы немцев - всё это должно было разобрать оборону за считанные часы, максимум сутки. Но этого не случилось. В Восточном форте сопротивление возглавил майор Пётр