Андрей Гордиенко

Бур встал так резко, будто упёрся не в камень, а в стену цеха. Это произошло в начале 1953 года на одной из угольных выработок в Свердловской области. Обычная проходка, плановое углубление штольни. Порода шла тяжело, но без сюрпризов: известняк, прослойки глины, местами плотный камень. Работы велись круглосуточно, смены менялись строго по графику. Никакой романтики — только пыль, влажность и гул инструмента. И вдруг буровая коронка вместо привычной вибрации дала глухой металлический отклик. Сначала решили, что это застрявший старый инструмент или обломок рельса, случайно попавший в породу. Такое случалось. Но при повторной попытке звук повторился — ровный, плотный, характерный именно для металла. Бур перестал продвигаться дальше. Участок расчистили вручную. Породу отбивали аккуратно, сантиметр за сантиметром. Через несколько часов показалась плоская поверхность — тёмная, гладкая, почти без коррозии. Ещё сутки ушли на то, чтобы освободить её полностью. Перед рабочими оказалась прямоугол