Кулинарoff

Незнакомая девочка подошла к нам на кладбище, когда мы стояли у могилы сына, и назвала его прозвище

Полгода прошло после аварии.
Мише было двенадцать. Весёлый, шумный, с велосипедом которого было не оторвать с апреля по октябрь. В тот вечер попросил разрешения поехать к другу — недалеко, минут десять. Я сказала езжай. Это была последняя фраза которую я ему сказала.
На перекрёстке водитель не справился с управлением.
Полгода я жила с этим — с той фразой, с тем вечером, с мыслью что могла сказать нет или хотя бы выйти и обнять его перед выходом. Я не говорила об этом никому. Даже Валерию.
Мы приходили на кладбище каждое воскресенье — стояли, молчали, уходили. Слов давно не было.
В то воскресенье было холодно. Я поставила цветы, Валерий поправил фотографию — Миша улыбался с неё так же как улыбался всегда, чуть прищурившись, будто знал какую-то шутку которую ещё не рассказал.
Девочка появилась тихо — мы не слышали шагов.
Лет десяти, в простой куртке, с аккуратно заплетёнными косами. Стояла по другую сторону надгробия и смотрела на фотографию — спокойно, как смотрят на знакомое лицо.
Я заметила её первой.
— Ты кого-то ищешь? — спросила я осторожно.
Девочка подняла взгляд.
— Вы его мама?
— Да.
— Он говорил про вас, — сказала она просто. — Говорил что вы всегда кладёте ему записки в карман куртки когда он уходит в школу. Чтобы он нашёл в обед.
Я побледнела.
Это знала только я. И Миша. Никто больше — это было только наше с ним, маленькое и тайное.
— Откуда ты это знаешь? — прошептала я.
— Он рассказал.
— Когда?
Девочка посмотрела на меня спокойно.
— Сегодня ночью, и он просил кое-что передать вам.
Мы с мужем не могли пошевелиться.
— Что передать? — спросил Валерий едва слышно.
Девочка помолчала секунду. Потом сказала слово — одно слово, то самое домашнее прозвище которым я называла Мишу только дома, только когда мы были вдвоём. Которое не знал никто кроме нас двоих.
Я закрыла лицо руками.
— Ещё он сказал, — продолжила девочка серьёзно, по-детски прямо, — что мама не виновата. Что она всё время думает что виновата — но это неправда. Он просил передать обязательно.
Я подняла голову и посмотрела на неё.
Откуда она могла это знать. Я не говорила об этом никому. Это жило во мне тихо и никуда не уходило — каждый день, каждую ночь...
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬПОЖАЛУЙСТА ,
НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)

Решив проверить невесту, миллионер притворился лежащим в беспамятстве

Пищание приборов над головой раздражало. Звук был монотонным, въедающимся прямо в мозг. В просторной палате витал резкий запах кварцевания и свежевыстиранных хлопковых простыней. Вадим лежал на ортопедическом матрасе, плотно сомкнув веки. Спина затекла, но он заставил себя не шевелиться, сохраняя глубокое, ровное дыхание.
Справа скрипнул пластиковый стул. Раздался легкий шорох ткани — Илона закинула ногу на ногу. До Вадима донесся тяжелый, сладковатый аромат ее вечернего парфюма с нотками сандала.
— Да, я тут, — голос Илоны звучал приглушенно, она явно прикрывала динамик ладонью. — Лежит. Никакой реакции. Врачи разводят руками, говорят, ситуация непростая.
Вадиму потребовалась вся выдержка, чтобы не открыть глаза.
— Представляешь, мне даже не пришлось ничего добавлять ему тайком в утренний кофе, — продолжала невеста, и в ее тоне скользнуло откровенное равнодушие. — Сам отключился. Видимо, переутомился на своих объектах.
У Вадима в груди всё похолодело. Значит, подозрения не были пустой паранойей. Она действительно что-то замышляла.
— Всё, мне пора бежать к нотариусу, — проворковала девушка. — Надо понять, как перевести управление сетью автосалонов на себя, пока он тут прохлаждается. Я оставлю его ни с чем. Да, до вечера.
Раздался четкий стук высоких каблуков по линолеуму. Дверь плавно закрылась. Стало тихо.
Вадим медленно открыл глаза. Яркий свет люминесцентных ламп заставил его прищуриться. Он сел на краю кровати, отбросив колючий казенный плед. В голове шумело от разочарования и горькой досады.
Еще месяц назад он готов был носить Илону на руках. Они вместе выбирали обручальные кольца, спорили о меню для свадебного банкета. Он не жалел для нее ничего. Но потом начались странности. Илона стала регулярно задерживаться допоздна. Возвращалась со странным блеском в глазах, отмахиваясь нелепыми оправданиями про встречи с подругами, которых он никогда не видел...
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬПОЖАЛУЙСТА ,
НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)

Решив проверить невесту, миллионер притворился лежащим в беспамятстве

Пищание приборов над головой раздражало. Звук был монотонным, въедающимся прямо в мозг. В просторной палате витал резкий запах кварцевания и свежевыстиранных хлопковых простыней. Вадим лежал на ортопедическом матрасе, плотно сомкнув веки. Спина затекла, но он заставил себя не шевелиться, сохраняя глубокое, ровное дыхание.
Справа скрипнул пластиковый стул. Раздался легкий шорох ткани — Илона закинула ногу на ногу. До Вадима донесся тяжелый, сладковатый аромат ее вечернего парфюма с нотками сандала.
— Да, я тут, — голос Илоны звучал приглушенно, она явно прикрывала динамик ладонью. — Лежит. Никакой реакции. Врачи разводят руками, говорят, ситуация непростая.
Вадиму потребовалась вся выдержка, чтобы не открыть глаза.
— Представляешь, мне даже не пришлось ничего добавлять ему тайком в утренний кофе, — продолжала невеста, и в ее тоне скользнуло откровенное равнодушие. — Сам отключился. Видимо, переутомился на своих объектах.
У Вадима в груди всё похолодело. Значит, подозрения не были пустой паранойей. Она действительно что-то замышляла.
— Всё, мне пора бежать к нотариусу, — проворковала девушка. — Надо понять, как перевести управление сетью автосалонов на себя, пока он тут прохлаждается. Я оставлю его ни с чем. Да, до вечера.
Раздался четкий стук высоких каблуков по линолеуму. Дверь плавно закрылась. Стало тихо.
Вадим медленно открыл глаза. Яркий свет люминесцентных ламп заставил его прищуриться. Он сел на краю кровати, отбросив колючий казенный плед. В голове шумело от разочарования и горькой досады.
Еще месяц назад он готов был носить Илону на руках. Они вместе выбирали обручальные кольца, спорили о меню для свадебного банкета. Он не жалел для нее ничего. Но потом начались странности. Илона стала регулярно задерживаться допоздна. Возвращалась со странным блеском в глазах, отмахиваясь нелепыми оправданиями про встречи с подругами, которых он никогда не видел...
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬПОЖАЛУЙСТА ,
НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ)