АВИАТОРЫ

1 МАЯ 1993-ГО В МОСКВЕ ПРОШЛИ ПЕРВЫЕ МАССОВЫЕ БОИ ПРОЛЕТАРИАТА ПРОТИВ КАПИТАЛИЗМА

1 мая - особый праздник, как бы победившая реакция не пыталась извратить его сущность, для коммунистов и всех трудящихся он был, есть, и навсегда останется именно днем борьбы пролетариата против буржуазной эксплуатации. Мы не будем говорить сегодня о тех великих событиях с которыми ассоциируется Первомай в досоветскую эпоху, а вспомним события относительно недалекого прошлого. 1 мая 1993 года в Москве прошли первые массовые бои пролетариата с властью реставрированного капитализма. Олигархическая власть подло врет трудящимся, говоря будто бы контрреволюция 91 года прошла бескровно и советский рабочий класс сдал Советскую власть совершенно без боя. Достаточно вбить в поисковик «Москва 1 мая 1993», чтобы увидеть фотографии и видео расправы недавно рожденной буржуазии над непокорным пролетариатом… В тот день в российской столице шла гражданская война, которая достигла своего пика в октябре 1993 – когда ельцинская клика, усвоив уроки Первомая, применила танки против безоружного пролетариата, а карманные оппортунисты немедленно капитулировали. 1 мая 1993 – это горький и в то же время очень важный урок, который преподнесла буржуазия и оппортунисты всему мировому пролетариату. Почему Первомайское выступление пролетариата 1993 потерпело поражение? 1.Потому что еще классики марксизма говорили – нельзя шутить с восстанием. Если восстание началось никаких компромиссов и диалогов быть не может. Любая попытка отступить, достигнуть «нулевого варианта», неизбежно приведет к поражению. А поражение неизбежно приведет к жестокой кровавой расправе победителей над побежденными. Но руководители Первомайского выступления 1993 сплошь были оппортунистами, трусами и умышленными вредителями, которые изначально хотели мира с буржуазией. Колебались, метались, не могли четко сформировать свою позицию, не имели решительности провозгласить восстание открыто. Что и вылилось в реки крови и неизбежное поражение вышедших на улицу пролетариев. 2. Российский пролетариат не имел своей политической организации. Первомайское выступление трудящихся возглавил разношёрстный мелкобуржуазный и буржуазный (националистический) сброд. Дезорганизованный пролетариат не мог выступить одновременно во всех городах России, чтобы решительно уничтожить нарождающийся капитализм, отобрать украденную буржуазией общественную собственность и провозгласить Советскую власть. Сегодня, оглядываясь назад, мы должны понимать – какое решающее значение в деле победы пролетариата играет его плоть от плоти авангард - большевистская рабочая партия. 3. Без революционной теории не бывает революционного движения. В этом емком и коротком определении, данным В.И. Лениным, в концентрированной форме содержатся все ошибки Первомая 1993. Но почему в первом в мире государстве пролетариата, в Советском Союзе, еще недавно господствующий рабочий класс оказался безоружен перед лицом побеждающей контрреволюции? Ответ на этот вопрос нужно искать в социалистическом бытие. Победив, Социалистическая революция как ураган сметает прежние общественные порядки, если при господстве буржуазии рабочий класс подавлен и ограблен – то в социалистическом бытие это не так, рабочий класс владеет всем огромным социалистическим производством, класс социальных паразитов отсутствует, и как кажется, бороться дальше уже незачем да и не с кем. Эта опаснейшая стихия спокойствия и уверенности в завтрашнем дне расслабила советский рабочий класс, подорвала его дисциплину и организацию. Этим воспользовалась западная буржуазия и ее прихвостни в советском обществе, начав экспорт буржуазной идеологии, еще когда СССР был жив. Вот почему в 1993 году пролетариат утратил марксистское знание, а без него у пролетариата завязаны глаза, он начинается тыкаться во все стороны, искать за чтобы ему ухватиться – а уж тут как тут слуги капитала, оппортунисты, они услужливо подсовывают пролетариату буржуазные теории классового мира и сотрудничества, обрекающие несчастных трудящихся на веки тащить на себе ярмо капиталистической эксплуатации. Таковы, вкратце, уроки поражения Первомайской классовой битвы в Москве 1993-го года, ставшей своего рода смотром классовых армий, который показал слабость российского рабочего класса, что укрепило буржуазию, предало ей сил и уверенности, позволило действовать нагло и напролом во время продолжения гражданской войны во время октябрьских событий 1993-го года, которые закрепили победу реакции. Но реакция это есть отрезок времени между двумя революциями, а значит, как за 1905 годом последовал 1917, так и за 1993 годом последует блистательная победа человека труда над человеком-эксплуататором.

ЩЕДРЫЙ, БЛАГОДАТНЫЙ КАПИТАЛИЗМ

По всем телевизионным каналам, в школах, газетах нам безостановочно навязывают миф, что капитализм эффективен и что это вершина человеческой мысли, сравнивая его с "неэффективным" и "нежизнеспособным" социализмом. Любой либерал и националист "прекрасно знает", что рыночная экономика гораздо эффективнее плановой. "В чужом глазу соринку видим, в своем бревна не замечаем," — эти слова описывают данную ситуацию как нельзя лучше.Но так ли на деле эффективен капитализм? Не будем забывать, что главная цель любого капиталиста — прибыль. Тратятся бесценные природные ресурсы для производства бесполезных, но роскошных вещей, на рекламу товаров уходят миллиарды долларов, образуются свалки из произведенного в огромных количествах, но не распроданного товара, что ведет к различным проблемам с экологией — все это делается ради прибыли, хоть это и неэффективное, иррациональное расходование ресурсов. Производство качественного товара, работающего долгое время, не в интересах капиталиста — потому как отпадает необходимость покупки нового при работающем старом и прибыль теряется. Самый выгодный вариант для капиталиста — производить недолговечно работающие товары, опять же тут виден факт бесполезной траты ресурсов. Социалистическая плановая экономика не приводит к огромным свалкам перепроизведенного товара, не тратит впустую ресурсы, не производит роскошный товар ради небольшой группы лиц и не нуждается в рекламе (в понимании сторонников "рынка"), потому что прибыль не является целью социализма, цель социализма — благо общества. В отличие от социализма, капитализм нацелен на обеспечение благами только узкой группы лиц, для всех остальных предусмотрен рабский труд ради этого меньшинства. Один из неизменных признаков капитализма — концентрация капитала и производства, которая приводит к появлениям монополий. Монополия уничтожает свободную конкуренцию — одну из основ капитализма, ведь мелкий бизнесмен не в силах соперничать с крупной корпорацией, а без конкуренции рыночная экономика становится абсолютно негодной, неэффективной, предприниматель отныне может диктовать свои условия рынку, производить некачественный товар и продавать его втридорога, а рабочий человек вынужден покупать, ведь альтернативы нет. В своей работе "Капитал", Карл Маркс сделал вывод как капитализм уничтожит сам себя, и в этом с ним трудно не согласиться, ведь описанные им явления происходят вокруг нас: «Итак, к чему сводится первоначальное накопление капитала, т. е. его исторический генезис? Поскольку оно не представляет собой непосредственного превращения рабов и крепостных в наёмных рабочих и, следовательно, простой смены формы, оно означает лишь экспроприацию непосредственных производителей, т. е. уничтожение частной собственности, покоящейся на собственном труде… Частная собственность работника на его средства производства есть основа мелкого производства… Этот способ производства предполагает раздробление земли и остальных средств производства. Он исключает как концентрацию этих последних, так и кооперацию, разделение труда внутри одного и того же производственного процесса, общественное господство над природой и общественное регулирование её, свободное развитие общественных производительных сил. Он совместим лишь с узкими первоначальными границами производства и общества… Но на известном уровне развития он сам создаёт материальные средства для своего уничтожения. С этого момента в недрах общества начинают шевелиться силы и страсти, которые чувствуют себя скованными этим способом производства. Последний должен быть уничтожен, и он уничтожается. Уничтожение его, превращение индивидуальных и раздробленных средств производства в общественно концентрированные, следовательно, превращение карликовой собственности многих в гигантскую собственность немногих, экспроприация у широких народных масс земли, жизненных средств, орудий труда, — эта ужасная и тяжёлая экспроприация народной массы образует пролог истории капитала. Она включает в себя целый ряд насильственных методов, из которых мы рассмотрели выше лишь эпохальные методы, как методы первоначального накопления. Экспроприация непосредственных производителей совершается с самым беспощадным вандализмом и под давлением самых подлых, самых грязных, самых мелочных и самых бешеных страстей. Частная собственность, добытая трудом собственника, основанная, так сказать, на срастании отдельного независимого работника с его орудиями и средствами труда, вытесняется капиталистической частной собственностью, которая покоится на эксплуатации чужой, но формально свободной рабочей силы. Когда этот процесс превращения достаточно разложил старое общество вглубь и вширь, когда работники уже превращены в пролетариев, а условия их труда — в капитал, когда капиталистический способ производства становится на собственные ноги, тогда дальнейшее обобществление труда, дальнейшее превращение земли и других средств производства в общественно эксплуатируемые и, следовательно, общие средства производства и связанная с этим дальнейшая экспроприация частных собственников приобретает новую форму. Теперь экспроприации подлежит уже не работник, сам ведущий самостоятельное хозяйство, а капиталист, эксплуатирующий многих рабочих. Эта экспроприация совершается игрой имманентных законов самого капиталистического производства, путём централизации капиталов. Один капиталист побивает многих капиталистов. Рука об руку с этой централизацией, или экспроприацией многих капиталистов немногими, развивается кооперативная форма процесса труда в постоянно растущих размерах, развивается сознательное техническое применение науки, планомерная эксплуатация земли, превращение средств труда в такие средства труда, которые допускают лишь коллективное употребление, экономия всех средств производства путём применения их как средств производства комбинированного общественного труда, втягивание всех народов в сеть мирового рынка, а вместе с тем интернациональный характер капиталистического режима. Вместе с постоянно уменьшающимся числом магнатов капитала, которые узурпируют и монополизируют все выгоды этого процесса превращения, возрастает масса нищеты, угнетения, рабства, вырождения, эксплуатации, но вместе с тем растёт и возмущение рабочего класса, который постоянно увеличивается по своей численности, который обучается, объединяется и организуется механизмом самого процесса капиталистического производства. Монополия капитала становится оковами того способа производства, который вырос при ней и под ней. Централизация средств производства и обобществление труда достигают такого пункта, когда они становятся несовместимыми с их капиталистической оболочкой. Она взрывается. Бьёт час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют». "Эффективность системы" определяется, в первую очередь, тем — сколько прямого и косвенного труда затрачено на выпуск той или иной продукции. Может и быстрее работает рабочий, может и производительность у него выше. Но сколько управленцев требует капиталистическая система, чтоб капиталиста держать в узде, заставлять платить налоги, разбирать ссоры между капиталистами. Ещё нужно на налоги содержать антимонопольный комитет, а чтобы эффективные производители не уклонялись от налогов — налоговую инспекцию и налоговую полицию. Иногда, в рамках конкуренции, игроки рынка подают друг на друга в суд, то есть, для полноправного обеспечения рыночной экономики потребуются арбитражные суды и патентные ведомства. Естественно, для того, чтобы эффективно «оптимизировать» налоги и эффективно разбираться в судебных делах, компаниям понадобятся "эффективные" юристы и не менее "эффективные" бухгалтера. На случай, если "эффективные" производители в рамках честной конкуренции будут использовать в своих продуктах слишком много шлака, придется содержать различные потребнадзоры. Все это финансируется из карманов рабочих. Капиталистическая система хозяйствования, во всех ее проявлениях, требует больше бюрократии. Другими словами — капиталистическая система требует больше затрат косвенного труда и больше ресурсов для обслуживания, даже если при благожелательности природы, тратит меньше ресурсов на прямые затраты при производстве. При социализме не требуется столько средств, чтобы управлять системой . Разве может быть эффективна экономика, для которой экономические кризисы — обыденное явление? Вся история капиталистической экономики — чередование периодов кризиса и спокойных периодов, когда экономика более или менее восстанавливается после кризисов. Очевидно, что периоды кризиса преобладают над спокойными периодами. Одна из основных причин кризисов — перепроизводство, которое с легкостью сможет предсказать и предотвратить плановая экономика. Знал ли советский человек о кризисах? Узнает ли человек при капитализме, что такое стабильная жизнь, что такое не бояться, что, возможно, завтра рухнет пенсионный фонд и он останется без средств к существованию в старости, что завтра экономика рухнет и он останется без работы? Никогда человеку при капитализме не жить такой жизнью . Что может сделать со страной “эффективный” капитализм? Россия (как и все страны бывш. СССР) — пример того, во что капитал превратил социалистическое государство с мощным оборонным комплексом, космической индустрией, передовой наукой всего за 20–30 лет. Остальные республики бывш. СССР находятся не в лучшем состоянии. Спасти человеческое общество от войн, экономических кризисов, экологических катастроф и других последствий капитализма может только социализм и плановая экономика, которые являются по-настоящему эффективными и рациональными заменами капитализму и его рыночной экономике.

МАРКСИЗМ: ФИЛОСОФИЯ И ПРАКТИКА РЕВОЛЮЦИИ

В сети интернета в комментариях под рассказом писателя-революционера Александра Серафимовича «Как мы читали Карла Маркса» один гражданин оставил вот такой пост (орфография автора сохранена): «враньё. Марксизм преподавали во всех европейских институтах. В Московском и Питерском преподавался как одно из философских течений. … "Философкий параход" помните? Так вот все русские философы изучали Капитал, кто в ВУЗе, кто факультативно и тоже в ВУЗе, а не на явочных квартирах с фонариком под одеялом». Как говорил Ленин, - формально правильно, а по существу издевательство. Тем не менее, подобный похабный взгляд на нашу историю, и на марксизм, нам активно навязывают капиталисты. Поэтому, подобную поверхностную логику следует рассмотреть отдельно. Как и всякая наука, марксизм, состоит из теории и практики. Теория марксизма дает некоторые сведения о состоянии современного нам общества. В частности, марксистская теория устанавливает классовое строение общества и выводит из этого строения борьбу враждебных друг другу классов в качестве основного источника развития и прогресса. Но сами по себе подобные сведения о состоянии и развитии общества мало чего стоят, давая лишь самое общее представление о мире, в котором мы живем. Именно такими общими сведениями является «академический» или же «консервативный» марксизм. Но между тем, марксизм тем и отличается от обыкновенной философии, что помимо описания мира и происходящих в нем процессов – у этой науки имеется вторая, практическая, сторона. Революционный (практический) марксизм, основанный на общих сведениях, делает выводы о необходимых изменениях, решает вопрос о действиях, которые приведут общество из его текущего состояния в желаемое. Это второе и определяющее суть направление в марксизме является настоящим ужасом для правящих капиталистических верхов. Поэтому, прекрасно понимая, что из песни слов не выкинуть, а научные открытия прошлого не скрыть от широких масс в настоящем – в царской России, на Западе и современной России – предпринимаются попытки легализации марксизма в его консервативно-философской форме простого описания окружающего нас социального мира. Именно такой марксизм преподавался и продолжает преподаваться в демократических странах. Что хорошо, так как помогает многим сделать первый шаг на пути к изучению реальной марксистской науки. Но в то же время никак не позволяет называть «марксистами» тех, кто получил лишь самые общие и простые сведения об обществе. Так как без полной и осознанной необходимости бороться за наше общее будущее, тратя на это большие объемы личного времени и часто теряя в собственном благополучии, никаких изменений не произойдет. Сама по себе формула, что богатство капиталистов и высших государственных чинов добывается грабежом большинства трудящихся – известна даже детям. Но это знание, автоматически, не способно заставить богачей отказаться от грабежа, а трудящихся никогда не организует на отпор такому грабежу. Решая практический вопрос о ликвидации прежних общественных порядков и переходе всей полноты государственной власти и собственности на средства производства из рук капиталистов в руки рабочего класса, невозможно оставаться в узких рамках описания одних лишь старых отношений. Такая практическая работа всегда требует не только потребления готовой теории, но и ее развития на будущее. Никто из нас сейчас не сможет дать готовых рецептов мобилизации трудовых масс на решающий бой за коммунизм. Нет такого универсального рецепта и у основоположников теории научного коммунизма. И только непосредственная работа с рабочими и прочими слоями старой России – дала партии большевиков понимание пути к первой фазе коммунизма (социализму), который впоследствии был реализован во время Февральской и Октябрьской революций, а также всех последующих преобразований в уже новой Советской стране. Но могли ли большевики работать легально? Вопрос риторический, так как ответ на него известен. Даже в периоды послаблений на фоне усиления рабочего движения, даже после падения диктатуры царей и капиталистов в феврале 1917 года, - деятельность партии большевиков всегда встречала самое ожесточенное сопротивление еще сохранявших свою власть капиталистов и помещиков. Максимум, который может позволить себе революционный марксизм в условиях еще сохраняющегося капитализма, — это относительно свободная агитация. Когда за разъяснения политического и экономического положения, а также путей выхода из этого положения, агитаторы не преследуются официальными государственными органами. Но вполне очевидно, что власть, которая еще представляет интересы грабительского меньшинства (наиболее крупных капиталистов), никогда не допустит преподавания подобного в университетах. Да и можно ли преподать революционную науку? Ведь современный университет, что сегодня, что тем более при царях, — это место относительно привилегированное, куда попадают дети людей определенного достатка и социального положения, и, как следствие, соответствующего классового сознания. И хотя среди студенчества всегда находились сторонники рабочего дела и коммунизма, они сегодня (и при царях) лишь часть общей массы. Что опять же сводит марксизм к его первичной консервативно-философской форме. Дети богатых, пропитанные интересами крупного капитала, изучают марксизм не для осуществления коммунизма, а для его недопущения! В интересах такой молодежи всегда лишь понимание «механики» социального конфликта капиталистического общества с целью удержания рабочих масс в узде капиталистического рабства и сохранения всех своих социальных привилегий. Именно выходцы из такой университетской буржуазной молодежи и покидали впоследствии социалистическую Россию. Что лишь еще раз доказывает их классовую враждебность победившему в Октябрьскую революцию рабочему классу и практическому марксизму, как главному орудию трудящихся в борьбе за новый строй и свою свободу. И в этом же заключается главное различие между консервативным и революционным марксизмом. Пока в России сохранялась власть царя и капиталистов, многие мелкие и средние эксплуататоры выражали свою озабоченность положением рабочего класса, добиваясь расположения от рабочих и подачек от правительства. Но стоило положению решительно измениться, стоило только в борьбе за наше общее счастливое будущее пожертвовать достатком и привычным уровнем бытового комфорта, как все эти образованные марксизмом выходцы из «средних» слоев и «прогрессивных» капиталистов, моментально открыли свое истинное лицо – мракобесов, кровно заинтересованных в сохранении капиталистических порядков. Не смирившись со своим поражением, эта эмиграция мечтала за рубежом о реванше, мечтала о поражении социализма в России и реставрации капитализма. Так было век назад. Но и теперь происходит все то же самое! Масса так называемой «левой» интеллигенции прекрасно уяснила себе консервативный марксизм, который по-прежнему преподается в институтах, прекрасно говорит о горе народа… Но что делает вся эта «левая» оппозиция? Либо ограничивается возмущениями, расписываясь в собственной беспомощности, либо пытается вести политические торги с правящим классом капиталистов. В 90-е годы известный лидер «левых», Зюганов, организовал по всей стране сбор подписей за отставку президента Ельцина. Огромными усилиями доверившихся ему трудящихся – подписи были собраны. Но Зюганов и не помышлял об отставке Ельцина, вместо которой устроили позорные торги, обменяв труд огромного числа людей на жалкие подачки для себя. Примерно тем же самым занимаются сегодня многие «левые», которые на волне популизма стараются материализовать свою известность – места и привилегии депутатов, послабления в бизнесе, обманный сбор средств с трудящихся, и многое другое… А отсюда главный вывод: только революционный марксизм меняет мир. От описания окружающей нас обстановки необходимо переходить к действиям по ее изменениям. Так от разъяснения положения рабочего класса 100 лет назад мы перешли к Советам, практическому органу самых бедных и притесняемых классов, который взял на себя функции управления страной. Изобретали ли Советы большевики? Нет, но именно эта партия, построенная на базе революционного марксизма, первой смогла оценить историческую роль Советов в деле осуществления строительства первого в мире рабочего государства. И такое государство возникло, выстояв в двух разрушительных войнах, а завоевания социализма и по сей день являются ориентиром для трудящихся всего мира в борьбе за свое освобождение от капиталистического ошейника. Вот почему наивысшую ценность сегодня для нас представляют те граждане, которые способны не только дать верные пояснения относительно происходящих в обществе событий, но и принять самое активное участие по изменению хода этих событий, используя при этом все уже имеющиеся и будущие стихийные формы выражения воли рабочего класса. И здесь консервативная философия марксизма – лишь самый первый шаг, за которым необходимо должны следовать еще многие другие шаги…