Не туман-туманушка над полем стелется,
Не ковыль-трава седая клонится...
То печаль-кручиинушка с Дона целится
В сердце каждой матери-богомолицы.
Уходили соколы на брань с германцем,
Оставляли хаты да невест-красавиц...
Ой, вы, степи галицкие, поля прусские,
Что ж вы кровью-то умылись русскою?
Там лежат казаченьки, донцы храбрые,
Не дождались их ни матери, ни жёны.
Помнит враг напуганный лавину конную,
Как от шашек их сверкавших не схоронишься.
Сорок тысяч Георгиев за рать законную
Привезли они на грудь свою на Дон-реку.
А и больше их осталося, костьми белыми,
В прорыве том Брусиловском, в атаках смелых...
Ой, вы, степи галицкие, поля прусские,
Что ж вы кровью-то умылись русскою?
Там лежат казаченьки, донцы храбрые,
Не дождались их ни матери, ни жёны.
Спите, братцы-атаманцы, сном глубоким.
Ветер вам споёт над могилкою...
А над Тихим Доном плач стоит высокий,
Да звенит медаль в руках сироткиных...
Вечная память...