Tauri Kourtidis

Мой сосед по гаражу как-то сказал: «Настоящие машины делали один раз и навсегда». У него стоит белая «двадцатьчетвёрка» 1979 года. Ездит до сих пор. И знаете — возразить особо нечего. ГАЗ-24 делали с 1968 года. Сначала мелкими партиями, потом — полным конвейером с 1970-го. И вот та же машина, тот же кузов, тот же движок 2,4 литра на 95 лошадей — шла с горьковского завода до 1992 года. Двадцать два года. Без смены платформы, без нового кузова, почти без изменений. За эти же годы японцы успели сменить четыре-пять поколений своих среднеклассовых седанов. Немцы — не отставали. Частнику «Волга» почти не доставалась. Шла в таксопарки, в милицию, в скорую, в обкомы. Если обычный человек и получал её — то через очередь, годами, и считал это событием всей жизни. Горьковский завод не оглядывался на покупателя. Зачем, если покупатель всё равно возьмёт то, что дадут. Плановая экономика — она такая: конкурентов нет, спроса больше, чем предложения, и никто не придёт жаловаться, что дизайн устарел. Д