Valerij Morosov

Имя Павла Игнатьевича Гроховского, широко известное в 1930-х годах, незадолго до начала войны исчезло со страниц газет и журналов. Более того, стало запретным. Лишь спустя много лет, уже в конце 1960-х, оно мало-помалу начало возвращаться из небытия, и новые поколения с удивлением узнали, какой выдающийся изобретатель был остановлен в расцвете сил, остановлен и безвинно погублен. Павел Гроховский был истинным самородком. Происхождения — самого простого. Родился в Вязьме в 1899 году, то есть незадолго до появления авиации, с которой потом будет связана вся его жизнь. Образование Гроховского ограничилось четырьмя классами церковно-приходской школы и лекциями в летном училище. Но бог наградил его талантом, а недостаток научных знаний он компенсировал удивительной интуицией. Молодость Павла Игнатьевича пришлась на годы Гражданской войны. В 1917-м он оказался в Ревельском отряде революционных матросов, воевал на море и на суше. В одном из боев был тяжело ранен. Вылечился и решил поступить в

Имя Павла Игнатьевича Гроховского, широко известное в 1930-х годах, незадолго до начала войны исчезло со страниц газет и журналов. Более того, стало запретным. Лишь спустя много лет, уже в конце 1960-х, оно мало-помалу начало возвращаться из небытия, и новые поколения с удивлением узнали, какой выдающийся изобретатель был остановлен в расцвете сил, остановлен и безвинно погублен. Павел Гроховский был истинным самородком. Происхождения — самого простого. Родился в Вязьме в 1899 году, то есть незадолго до появления авиации, с которой потом будет связана вся его жизнь. Образование Гроховского ограничилось четырьмя классами церковно-приходской школы и лекциями в летном училище. Но бог наградил его талантом, а недостаток научных знаний он компенсировал удивительной интуицией. Молодость Павла Игнатьевича пришлась на годы Гражданской войны. В 1917-м он оказался в Ревельском отряде революционных матросов, воевал на море и на суше. В одном из боев был тяжело ранен. Вылечился и решил поступить в