Людмила Самоварова (Гусева)

Знаете, от чего у гастроэнтерологов порой опускаются руки? Приходит пациент. Годами давится несоленой вареной грудкой. Боится лишний раз взглянуть на кусок праздничного торта, глотает горстями ферменты из аптеки, тратит бешеные деньги на БАДы. А его поджелудочная все равно медленно и неумолимо превращается в кусок рубцовой ткани. Я сам долго не мог уложить этот парадокс в голове, пока однажды ординатором не попал на разбор клинического случая к профессору. Петру Ильичу тогда было 72 года. Полвека стажа, лечил еще советскую номенклатуру, видел такие случаи, от которых седели завотделениями. Он вышел к аудитории, с размаху бросил пухлую папку с историей болезни на кафедру - мы аж вздрогнули - и произнес фразу, перевернувшую мое понимание ЖКТ. "Вы все ищете проблему в тарелке. А поджелудочная железа страдает вообще не от еды. Она погибает от нашей физиологической тупости и глухоты к собственному телу". Вот смотри. Сейчас объясню просто, без академической зауми. Поджелудочная - орган кроше

Вы когда-нибудь задумывались, что будет сразу после смерти? Православная традиция говорит о мытарствах - испытаниях, где душа встречается со своими нераскаянными грехами. Звучит страшно. И многие спрашивают: как же помочь своей душе? Как пройти этот путь без мучений? Алексей Ильич Осипов отвечает на этот вопрос. Оказывается, у христиан есть уникальное средство, которого нет в других религиях. И это средство - искреннее покаяние. «Покаяние, как вода, смывает грехи, в которых мы искренне каемся, - говорит Осипов. - И никаких мытарств по этим грехам не будет». Представляете? Те грехи, в которых мы покаялись по-настоящему, просто исчезают. Их нет. И на мытарствах они не всплывут. Всё дело в качестве покаяния. Можно формально перечислить грехи на исповеди и забыть. А можно душой переболеть, осознать, возненавидеть свой грех. Тогда он смывается начисто. Осипов обращает внимание на особую категорию грехов - те, что совершены против людей. «Когда мы обижаем людей, оскорбляем, обманываем - это