Загидат Керимова

Чем меньше листьев на деревьях, тем заметнее становятся оставшиеся с нами на зиму птицы. Воробьи и голуби привычны глазу круглый год, а вот синицы начинают часто встречаться только с наступлением холодов. Семейство синицевых включает около шестидесяти видов, и многие из них живут в северных широтах Евразии. Чаще всего в городах можно повстречать большую синицу, восточную синицу, московку, ополовника и лазоревку. Птицы различаются окраской и размером, но всех их объединят удивительная приспособленность к зимним холодам. Главная героиня северных зим, или попросту, самая распространенная у нас в стране – большая синица (Parus major). Ее можно узнать по черной «жилетке с галстуком» на желтой грудке и черной шапочке на голове. Она смелее и любопытнее многих других птиц, легко привыкает к людям и часто первой осваивает кормушки. Летом жизнь синицы наполнена движением и заботой о потомстве. В этот период она – насекомоядная птица. Синицы ловят гусениц, тлю, пауков, личинок – семья большой син

Лето 1941 года, страна в огне, военкоматы переполнены молодыми парнями, рвущимися на фронт. И среди них - он. Михаил Игнатьевич Белоусов. Седоватая борода, усталый взгляд, 47 лет. Почти 50 - возраст, когда другие уже сидят в тылу, нянчат внуков или чинят старые сапоги. Но не Михаил. Он стоит перед столом военкомата, сжимая документы, и тихо, но твердо говорит: «Прошу на фронт. Снайпером». Офицер за столом едва сдерживает смех. Снайпером? С почти слепым левым глазом? В таком возрасте? «Дед, иди домой, - говорят ему. - Родине ты уже послужил». Но Михаил не уходит. Он не спорит, не кричит, не бьет себя в грудь. Он просто делает шаг, который изменит все. Находит ближайший полигон, берет винтовку и показывает, что значит настоящий охотник. Пять выстрелов - пять в яблочко. На 100 метров. Потом на 200. Офицеры переглядываются, в их глазах вопрос: «Как?» А Михаил отвечает просто: «Охотился на волков двадцать лет. Один выстрел - один шанс». Осень 1941 года. Немцы рвутся к Москве, фронт трещит

Весна 1943 года. Ленинград, измождённый блокадой, задыхается под гнётом голода и крыс. Но на железнодорожном вокзале творится что-то невероятное: толпы людей, от мала до велика, с надеждой в глазах ждут поезд. Не с хлебом, не с оружием, а с кошками. Четыре вагона пушистых спасителей из Ярославля. Они — не просто животные. Они — символ надежды, бойцы невидимого фронта, «мяукающая дивизия», которая поможет городу выстоять. 8 сентября 1941 года началась блокада Ленинграда. Город оказался в кольце врага, а с ним пришла беда пострашнее голода - крысы. На второй день осады немецкие бомбы превратили в пепел Бадаевские склады, где хранились запасы продовольствия. Город начал голодать. Люди ели всё, что могли: траву, кожу с ремней, голубей. Но крысы? Они процветали. Они пожирали остатки еды, грызли провода, разносили болезни. Их стаи, словно серая чума, хозяйничали на улицах, чердаках, в подвалах. Блокадница Кира Логинова вспоминала, как крысы, выстроившись в колонны, во главе с вожаками, мар