ОБЩАЯ ПОБЕДА

К августу 1941 года оккупированный фашистами посёлок Сеща на Брянщине превратился в стратегическое гнездо Люфтваффе. На бывшем советском аэродроме немцы разместили крупную авиабазу 2-го воздушного флота. Почти триста бомбардировщиков ежедневным потоком поднимались в воздух, неся смерть советским городам. Советская разведка остро нуждалась в точных данных о секретном объекте. Командование искало способы подлезть к закрытой базе, пока на месте не начала действовать 20-летняя Анна Морозова. Оставшись без дома и близких после вражеских налётов, Аня устроилась прачкой на немецкую военную авиабазу. Стирая фашистские мундиры, девушка шаг за шагом находила довоенных подруг и выстраивала агентурную сеть под самым носом у немецких офицеров. Под боевым позывным «Резеда» Морозова сформировала уникальное интернациональное подполье. В её группу вошли не только советские патриоты, но и поляки, чехи и даже один румын, проходившие службу в вспомогательных частях вермахта. Почти каждый день из Сещи в 1-

С осени 1941 по сентябрь 1943 года Сумская область оказалась в адских жерновах нацистской оккупации. Десятилетиями архивные документы того периода хранились под грифом «секретно». Но сегодня эти папки открыты, и за каждой строчкой немецких приказов кроется хладнокровно спланированный геноцид, расстрелы и разорение. Нацисты не рассматривали местное население как людей. Сумщина, находившаяся под управлением военной администрации, была превращена в сырьевой прикорм вермахта и зону непрерывного карательного террора. Первыми под тотальное истребление попали евреи — в Сумах, Конотопе, Шостке, Ромнах и Ахтырке еврейские семьи были поголовно уничтожены в первые же месяцы оккупации. Для всех остальных установили режим зверского контроля: за выход на улицу после шести вечера — арест или расстрел на месте, за сокрытие коммуниста или партизана — публичная казнь всей семьи. Нацисты внедрили тактику "коллективной ответственности". За любую диверсию в окрестных лесах немецкие карательные отряды дотла

Ржевская битва навсегда вписана в отечественную историю как одно из самых масштабных, жестоких и кровопролитных сражений Великой Отечественной войны. На протяжении 15 месяцев на Ржевско-Вяземском плацдарме кипело непрерывное, изнуряющее противостояние: советские войска вели тяжелейшие наступательные и оборонительные операции, перемалывая соединения вермахта. Именно здесь, подо Ржевом, ценой колоссальных потерь Красная армия сковала силы врага, не позволив фашистам перебросить их на другие направления и окончательно сорвала их планы на повторный прорыв к Москве. Земля Верхневолжья буквально пропитана кровью защитников Родины, и даже спустя десятилетия поисковые отряды продолжают доставать небытия имена тех, кто принял здесь свой последний бой. Ржев находился в жесткой нацистской оккупации 17 месяцев, превратившись в мощный укрепленный узел врага, и бои на подступах к нему не затихали ни на секунду. Каждый год поисковики международных и региональных экспедиций поднимают из лесных вороно

Старший лейтенант Владимир Хазов был мастером внезапных ударов и тактических ловушек, превративших его танковую роту в ночной кошмар для немецких панцеров. Пройдя тяжелейшие бои под Харьковом и Сталинградом, он лично уничтожил десятки машин врага, а свой последний бой принял осенью 1942 года у стен легендарного завода «Красный Октябрь». Владимир Хазов родился в 1918 году в симбирском селе Лава в крестьянской семье. Рано потеряв отца, он рос в трудах, и упорно тянулся к знаниям — окончил семилетку с похвальной грамотой, затем зооветеринарный техникум. Когда пришло время выбирать жизненный путь, молодой сибиряк выбрал армию. В 1939 году Хазов окончил Ульяновское танковое училище и служил на Дальнем Востоке. Но настоящее испытание началось в ноябре 1941 года, когда его танковая рота оказалась на передовой. Именно тогда командир выработал свой фирменный почерк: не лобовые атаки, а дерзкие, филигранно просчитанные танковые засады. Маскируя машины в складках местности, его рота расстреливала

История капитана Николая Магдика — это драматический и суровый сюжет о том, как стремительный взлёт на вершину воинской славы сменился тяжелейшим падением, а затем искуплением кровью в ленинградском небе. Завоевав звание Героя Советского Союза на суровой финской войне, офицер из-за роковой ошибки потерял все награды и звания, но в самый страшный час для страны встал на её защиту и погиб, обороняя Ленинград. Николай Магдик родился в Киеве в 1907 году. Проработав после школы формовщиком на заводе, он уже в 16 лет связал жизнь с Красной Армией. Пройдя путь от помощника шофёра в автобронетанковом батальоне до выпускника Киевской артиллерийской школы, Магдик зарекомендовал себя как грамотный командир. Свою главную войсковую проверку он прошёл зимой 1939–1940 годов в снегах Финляндии. Командуя дивизионом 79-го корпусного артиллерийского полка, капитан Магдик проявлял бесстрашие и высочайшее мастерство при взламывании укреплённых позиций противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от

Вечером 14 апреля 1943 года в особом блоке концлагеря Заксенхаузен истощённый, но не сломленный духом человек шагнул на нейтральную полосу. Приказ конвоя остановиться он выполнять отказался. Шагая к проволочным заграждениям под высоким напряжением, он крикнул часовому: «Часовой, стреляй!». Когда старший лейтенант двумя руками схватился за раскалённый металл, эсэсовец выстрелил ему в голову. Рассекреченные немецкие и американские документы позже подтвердят: это был осознанный выбор человека, выбравшего смерть вместо нацистского плена. Этим человеком был старший сын Иосифа Сталина — старший лейтенант РККА Яков Джугашвили. Нацисты рассчитывали сделать из него главный инструмент пропаганды, а после Сталинграда попытались выторговать за него своих генералов. Но пленный артиллерист наотрез отказался сотрудничать с врагом, а сам Сталин на предложение обмена ответил лишь одной фразой: «Там все мои сыны». Судьба Якова Джугашвили с самого рождения была трагичной. Он потерял мать, Екатерину Свани

История мировой авиации знает немало бесстрашных пилотов, но подвиг советского истребителя Бориса Ковзана не имеет аналогов. Пойти на воздушный таран один раз — уже смертельный риск, на который шли лишь в безвыходных ситуациях. Сделать это четырежды и каждый раз оставаться в живых — случай абсолютно беспрецедентный для всей мировой военной истории. Будущий ас родился в Шахтах, а первые полёты в небо совершил в аэроклубе Белоруссии, куда переехала его семья. Когда началась Великая Отечественная война, Ковзану было всего девятнадцать, но он уже уверенно пилотировал боевые машины в составе истребительных полков. Свой самый первый таран молодой летчик совершил 29 октября 1941 года в небе Зарайска. В разгар тяжелого оборонительного сражения за Москву младший лейтенант Ковзан полностью израсходовал весь боекомплект. Отступать или выходить из схватки он не собирался. Сблизившись с немецким разведчиком «Мессершмитт-110», он винтом своего истребителя срезал врагу хвостовое оперение. Немецкая ма

Бывший сибирский учитель сменил классную доску на командный пункт стрелкового батальона, чтобы осенью 1943 года совершить беспрецедентный подвиг в боях за Черниговщину. Захватив важнейший плацдарм на западном берегу реки Десны, его бойцы двое суток сдерживали яростный натиск врага. Когда немецкие танки всё же вклинились в боевые порядки батальона и угрожали нашей обороне, капитан Сигаев не стал дожидаться гибели своего подразделения: взяв в обе руки по противотанковой гранате, он поднялся во весь рост и лично пошёл в атаку на стальные машины фашистов. Николай Сигаев родился в 1921 году в селе Гадалей Иркутской области. Окончив в 1939 году Тулунский учительский институт, он работал по специальности в Едогонской школе. Но мирную биографию перечеркнула война. В сентябре 1941 года Сигаева призвали в ряды Красной Армии. Пройдя ускоренное обучение, в 1942 году он окончил Омское пехотное училище и в звании младшего командира отправился на передовую. Воевал на Донском и Центральном фронтах, пр

Три года подряд сослуживцы и командование 62-й армии генерала Чуйкова были уверены, что водителем тридцатьчетвёрки служит дерзкий парень по прозвищу «Сашка-сорванец». Правда открылась лишь в феврале 1945 года, когда в пылающем танке под немецким огнём с механика-водителя сорвали обгоревшую гимнастёрку. До войны уроженка Узбекистана Александра Ращупкина успела освоить трактор, выйти замуж и пережить страшную личную трагедию — гибель двоих детей в младенчестве. Когда в 1941 году муж ушёл на фронт, 27-летняя Александра штурмом брала военкоматы, но везде получала отказ. Решение созрело в 1942 году. Остригшись налысо и переодевшись в мужскую одежду, она пришла в очередной пункт сбора, заявила об утере документов и записалась добровольцем под именем Александра Ращупкина. На медосмотре военврач разгадал обман, но, поражённый её решимостью, не стал выдавать: «Эх, ну и девка… Просто Жанна д'Арк!» Пройдя ускоренные курсы механиков-водителей под Сталинградом, Ращупкина попала на передовую. Узкие

Километровый глиняный карьер под Уманью с 15-метровыми стенами стал местом гибели десятков тысяч советских граждан. Летом 1941 года нацисты согнали в этот природный мешок 74 тысячи человек — в десять раз больше, так называемой, проектной вместимости. Воины 6-й и 12-й советских армий до конца выполнили свой долг в боях у Зелёной Брамы. Своим упорным сопротивлением они затормозили продвижение немецких дивизий на восток и сражались до последнего патрона, однако в этот раз сразить фашистский режим не удалось. Захваченных в плен бойцов и мирных жителей гитлеровцы обрекли на уничтожение в Шталаге 349. Под место содержания пленных оккупанты приспособили заброшенный глиняный карьер кирпичного завода на западной окраине Умани. Это было огромного размера углубление — около километра в длину и трехсот метров в ширину. Главной особенностью карьера были его отвесные 15-метровые стены из скользкой глины, превращавшие пространство в естественную ловушку, выбраться из которой без посторонней помощи б