Нина Шемшурова

Андрей сидел у постели жены и держал её за руку. Марина лежала бледная, почти прозрачная, с закрытыми глазами. Дышала тяжело, с хрипом. Врачи разводили руками уже третью неделю. Анализы делали, капельницы ставили, таблетки горстями давали. Толку ноль. — Не знаем, что с ней, — сказал участковый врач вчера. — Все показатели в норме, а она угасает. Может, к психологу свозите? Психолог? Какой психолог, когда жена еле дышит и уже неделю не встаёт с постели? Мать Андрея, Клавдия Степановна, заглянула в комнату. — Сынок, ты хоть поешь что-нибудь. Совсем исхудал. — Не могу я, мам. Как тут есть будешь? Клавдия вздохнула и присела на край кровати. — Слушай, я вот что хочу сказать. Помнишь, в моей деревне баба Дуня живёт? Знахарка она. Люди к ней со всей округи ездят. Говорят, творит чудеса. — Мам, ну при чём тут знахарка? Мы же в городе живём, врачи тут настоящие! — Настоящие твои врачи ничего сделать не могут. А баба Дуня помогает. Вон соседка наша, тётя Зина, к ней ездила. У неё сердце болел

Вечер в пентхаусе четы Ардовых всегда пах дорогой кожей, селективным парфюмом и едва уловимым ароматом свежесрезанных лилий. Марк Ардов, сорокалетний владелец крупнейшей логистической империи, стоял у панорамного окна, глядя на огни ночного города. В его жизни всё было выверено до миллиметра: графики поставок, котировки акций и, конечно, его главная гордость — Эвелина. Эвелина вошла в гостиную бесшумно, словно видение. Высокая, статная, в шелковом платье цвета шампанского, она была воплощением аристократизма. Марк часто ловил себя на мысли, что до сих пор не может поверить своему счастью. Пять лет назад он, тогда еще только набиравший обороты предприниматель, встретил её на благотворительном вечере, и с тех пор его жизнь превратилась в безупречную витрину успеха. — Дорогой, ты снова засиделся за делами, — её голос прозвучал как перебор струн арфы. Она подошла сзади и положила тонкие пальцы с безупречным маникюром на его плечи. — Завтра открытие твоего нового терминала. Ты должен выгляд

Дача досталась им от родителей Ксении. Небольшой, но крепкий бревенчатый дом на опушке соснового бора, с верандой, камином и старым яблоневым садом. Ремонтировали они его несколько лет, вкладывая душу и немалые деньги. Утеплили, провели нормальное отопление, чтобы можно было жить и зимой. Ксения мечтала об этом: встречать Новый год не в душной городской квартире под шум телевизора, а в заснеженной тишине, при свете камина и ёлки, привезённой прямо из леса. Каждый год она заводила разговор об этом, и каждый год Игорь находил причину отказаться. В этот раз она была настроена решительно. За неделю до праздников объявила: —Всё, Игорь. Отмазки не принимаются. Едем. Он помрачнел, стал что-то бормотать про дела, возможные авралы на работе. А вечером, смотря куда-то в сторону, сказал: —К сожалению, не получится. Сосед только что позвонил. У нас трубы лопнули. Отопление вышло из строя. В доме сейчас ледяной холод. Ксения замерла. Это ей показалось странным. Во-первых, сосед, пенсионер Василий