Людмила Иванова

Температура здесь ни при чём. Я понял это на вторую ночь, когда поймал себя на том, что не хочу никуда - ни в тепло, ни домой. Лежу в спальнике на деревянных нарах в корякской избе, без горячей воды и без сотовой связи - за 950 километров от ближайшего города. Печка остыла часа в три ночи. Рядом спят коряки-оленеводы. Один из них молча встаёт, колет дрова прямо в сенях и раскочегаривает буржуйку. Никаких будильников. Просто встал и пошёл работать. Я читал про оленеводов. Думал, понял, как они живут. Оказалось, многого не знал. Корякский округ - это север Камчатского края. Почти 300 000 квадратных километров тундры, сопок и побережья - больше Великобритании. Дорог в тундре нет. Есть «направления» - следы от вездеходов, которые весной становятся реками. Изба, которой сто лет. И спутниковая тарелка Сразу увидел: старая изба, вросшая в снег. Рядом - нарты, бочки с соляркой, цепная пила. И спутниковая тарелка, прикрученная к боку стены. Дверь в избу - меньше метра восьмидесяти.

Что на самом деле ели наши крестьяне и почему это совсем не «полезная натуральная еда» - давайте разбираться. Нам нравится думать о прошлом как о золотом веке натуральной еды. Свои продукты, парное молоко, пироги из печи, мясо без антибиотиков. В голове рисуется картинка: крепкая изба, ароматные щи с говядиной, хрустящие огурчики из погреба. Реальность была другой. Совсем другой. Давайте разбираться, чем на самом деле питались крестьяне в Российской империи. Что ели крестьяне каждый день? Хлеб, щи и кашу. Именно в таком порядке, именно эти три продукта, именно изо дня в день на протяжении всей жизни. Именно так устроена традиционная еда крестьян, и она не менялась веками. «Щи да каша — пища наша» — это не поговорка для красного словца. Это точный репортаж с места событий. Хлеб в рационе русского крестьянина был особым. Не белым пшеничным, как у нас. Тяжёлый, плотный, кислый ржаной кирпич — вот что пекли раз в неделю в каждой избе. Тесто поднималось не на дрожжах, а на естественной