Людмила Никитина (Фургалëва)

"Когда же счастье постучит в мою дверь?", - так иногда говорят. А я знала людей, к которым счастье стучало в дверь. Да что там, ногами колотило. Ломилось в дверь! Но эти люди или не слышали. Или не поверили. Или им надо было другое Счастье, совсем другое! Или просто не открыли, потому что не надо им было никакого счастья. Они уже нашли себе пару. Несчастье. И так свыклись с этим партнером, что для Счастья не было места. Одинокая девушка немолодых лет так хотела встретить свое счастье. Найти свою любовь. Пару. Только об этом и говорила, только об этом и думала. В таких грустных мыслях вышла от психолога, с которым прорабатывала проблему. Она уже много денег истратила на разных специалистов. Вышла, расплатившись. А на улице стоит молодой человек, держит в руках собачку-пекинеса. Мохнатенького такого. И эта собачка тоненько залаяла на девушку. Ох, как девушка рассердилась! И все высказала молодому человеку. Что развели собак. Собаки пачкают. Она другое слово сказала. И вот, лают на л

Есть люди, которым не нужен разговор в обычном смысле слова. Им не нужна ясность, не нужно понимание, не нужен честный обмен мнениями и уж точно не нужна настоящая близость. Им нужен ваш срыв. Ваш перекошенный голос, ваше раздражение, дрожащая интонация. Ваше бессилие, которое наконец вырвется наружу и даст им то, ради чего все это и затевалось. Именно поэтому провокация почти всегда устроена очень тонко. Человек не говорит что-то откровенно грубое сразу. Он не бросается в открытую атаку с первой секунды. Он подбирается ближе мягче, умнее и неприятнее. Может улыбаться. Может говорить якобы спокойно. Может прятать уколы под заботу, шутку, удивление, случайный комментарий или даже под невинный вопрос. Но смысл остается одним и тем же. Ему нужно расшатать вас изнутри. Почему это так работает? Потому что большинство людей до сих пор думают, будто сила проявляется через мгновенный ответ. Через жесткий отпор. Через быструю колкость. Через демонстрацию того, что они тоже умеют больно. Но про

Есть люди, которых ранит почти все. Чужой тон, взгляд, пауза, резкость, холод, шутка, отказ, чужое равнодушие, не то слово, не та интонация. Они могут внешне держаться нормально, но внутри потом еще долго прокручивают, додумывают, носят в себе осадок и снова переживают один и тот же момент. И это ужасно выматывает. Не только потому, что больно. А потому, что жизнь постепенно начинает зависеть от чужих настроений, чужих слов и чужой неаккуратности. Но есть и другие люди. Они не из железа. Они не бесчувственные. Не бездушные. Их тоже можно задеть, расстроить, удивить, разозлить. Но есть одна огромная разница. Они не отдают другому человеку власть над своим внутренним центром. И именно поэтому их действительно почти невозможно обидеть по-настоящему глубоко. Вот здесь и начинается самый важный разговор. Стать тем, кого невозможно обидеть, – не значит превратиться в ледяную стену. Не значит никого не любить, никому не доверять и жить с каменным лицом, как будто вам все безразлично. Это зн