Елена Сушкова(Григорьева)

Вера Петровна всегда говорила: «Лишь бы у детей всё было хорошо». Эта фраза была её молитвой, её щитом и её оправданием. Вместе с мужем, Иваном Сергеевичем, они положили жизнь на алтарь родительства. Работали на местном заводе — он в литейном, она в отделе технического контроля. Звёзд с неба не хватали, но в доме всегда пахло пирогами, а у Витеньки и Катюши были самые новые портфели в классе. — Ваня, посмотри, куртка у Вити совсем обносилась, — шептала Вера ночью, пересчитывая мятые купюры из жестяной банки. — Ничего, Вер, купим. Я сверхурочные возьму, — отвечал Иван, потирая ноющую поясницу. — Себе ботинки потом справлю, эти ещё сезон отходят. Дети росли. Витя — серьёзный, целеустремленный, весь в отца. Катя — лёгкая, смешливая, папина любимица. Родители гордились: выучили, подняли, в люди вывели. Сын стал инженером в большом городе, дочь — бухгалтером в областном центре. У обоих семьи, дети, ипотеки, машины. Жизнь удалась. Только вот в родительском доме стало слишком тихо. Когда Ив

– Мам, это катастрофа, – затараторила дочь без всякого приветствия. – Ноутбук накрылся. Совсем накрылся. Прямо посреди проекта. Я чуть с ума не сошла. Арина прижала телефон плечом к уху. – Совсем? – Совсем-совсем. Мастер сказал, дешевле новый купить. А мне через три дня отчет сдавать, понимаешь? Без техники никак. Я нашла нормальную модель, семьдесят тысяч стоит. Семьдесят тысяч. Арина мысленно пересчитала остаток на карте. Там было сто с небольшим. – Переведу сейчас, – сказала она спокойно. – Мамуль, ты лучшая! Целую! Гудки. Арина еще секунду подержала телефон у уха, потом открыла банковское приложение. Пальцы привычно набрали знакомый номер карты дочери. Семьдесят тысяч. Отправить. Экран мигнул подтверждением, и Арина опустилась на табуретку у кухонного стола. За окном догорал закат, бросая рыжие полосы на старенькую клеенку в цветочек... Тридцать лет назад точно такой же закат горел над этой кухней, когда Женька сказал, что выйдет в магазин. Катьке тогда исполнился год. Пух