Валентина Стахович (Созинова)

В деревне Осиновка, что притулилась на высоком берегу тихой речушки, стоял на отшибе аккуратный бревенчатый домик Федосьи Игнатьевны. Дом был крепкий, под новой жестяной крышей, с резными наличниками, которые хозяйка каждое летно заново подбеливала. И сад вокруг — загляденье: яблони, груши, вишни гнулись под тяжестью плодов, грядки ровными рядами уходили к лесу, в теплицах краснели помидоры даже в октябре. Федосья Игнатьевна, женщина лет шестидесяти с хвостиком, славилась на всю округу как образцовая хозяйка и как скупая душа. Жила она одна. Муж Степан умер десять лет назад от скрытого воспаления легких, дети — дочь в городе, а сын на Севере — наведывались к ней очень редко. А вот родни в самой Осиновке хватало: сестра покойного мужа, Агафья, двоюродные племянники, их дети и еще куча других. Все они в разное время приходили к Федосье, и каждый визит превращался для хозяйки в испытание. — Опять придут, есть просить будут, — ворчала она про себя, завидев на дороге знакомые фигуры. И

РАССКАЗ. ГЛАВА 1. — Отпусти, говорю! Рыжий чёрт! Кулак прилетел Костику прямо в ухо. Ухо зазвенело, как разбитое ведро. Костя не удержался и кубарем покатился по траве, сминая головки жёлтых одуванчиков.

РАССКАЗ. ГЛАВА 1. — Отпусти, говорю! Рыжий чёрт! Кулак прилетел Костику прямо в ухо. Ухо зазвенело, как разбитое ведро. Костя не удержался и кубарем покатился по траве, сминая головки жёлтых одуванчиков.