Галина Овсянникова

Всем доброго дня! Мы опасаемся повышенной кислотности, связывая ее язвенной болезнью и неизбежной болью. Но проблема, которую может подбросить стареющий желудок, вовсе не обжигает и не болит. Она приходит тихо, постепенно снижая кислотность. И вместе с этим незаметно уходит одна из главных способностей организма — усваивать белок. Соляная кислота в желудке — это не разрушитель, а мастер-ключ. Именно она «раскрывает» белковые молекулы, делая их доступными для ферментов. Без кислоты пепсин остается безоружным, и даже самая богатая белком пища, проходит транзитом. Не говоря уж о том, что желудочная кислота — наш первый защитник от проглоченных микробов, включая бактерии и вирусы. После 60 лет секреция кислоты и ферментов снижается. И протекает этот процесс почти незаметно. Не бывает «раз, и сразу все плохо», есть лишь нарастающая усталость, медленное «похудение» мышечного скелета, заметное снижение упругости кожи. И самое неприятное, что к независящим от нас причинам снижения секреции:

Ирина, приемная мама, рассказала о том, как три года назад, зимним вечером после звонка из опеки села в машину и поехала в далекий поселок, в детский дом. После знакомства с десятилетним мальчишкой поняла, что встретилась со своим будущим сыном. А спустя три дня он сам написал согласие на то, чтобы жить в ее семье. О том, что их семья непубличная, Ирина сказала нам перед интервью. Она не ведет блогов, не публикует в своих аккаунтах в соцсетях семейные фотографии. На снимках, которыми Ирина с нами поделилась, не видно лица ребенка. Имя сына она просила не называть. Мне 52 года, замужем. У нас двое кровных детей: дочери 26, сыну 21. Приемному младшему 13. В семье он почти три года. Я интересовалась темой приемного родительства давно. Видела, что все в итоге получается благополучно. Рядом есть семьи с приемными детьми: у соседей приемная дочь; в спортивной команде сына был приемный мальчик; знакомые моих родителей удочерили девочку; у учительницы из моей школы выросла приемная дочь. Я час

Если в городе еще бывают большие зарплаты, можно построить карьеру в крупной компании, то у сельских жителей возможностей иметь хороший достаток гораздо меньше. Там мало предложений работы и зарплаты намного ниже, чем в городе. Но в каждой деревне и поселке, есть и те, кто имеют хороший достаток. Как правило, это предприниматели, работающие на себя (одни или с наемными работниками). Расскажу несколько историй из сибирской деревни, где родился и вырос. После развала леспромхоза, колхоза и еще ряда организаций, некоторые люди стали перестраиваться и искать возможности. Несколько особо предприимчивых жителей занялись лесом. Схема простая. Оформляешь лесосеку, нанимаешь технику и работников (трактора, лесовозы). Все пилят и вывозят, куда укажешь, ты руководишь. Рентабельность не меньше 100%. Даже имея во владении лесовоз (например, КрАЗ или УРАЛ с манипулятором), можно неплохо зарабатывать в деревне в лесном регионе. 5000 руб. рейс, чтобы вывести хлысты из лесосеки на базу. Далее их перегр