Проучила дочь

— Ты вообще соображаешь, который час? — Лариса стояла в прихожей.
Дочь даже не вздрогнула. Она медленно стягивала кроссовки, привалившись плечом к вешалке, и ее движения были вызывающе неторопливыми.
— Полпервого. И что? — Ника наконец подняла глаза.
— Что? Я звонила тебе тридцать два раза! Тридцать два, Ника! Я обзвонила всех, кого могла достать, я была в шаге от того, чтобы идти в полицию! Почему телефон был выключен?
— Потому что я так захотела. — дочь оттолкнулась от стены и попыталась пройти мимо матери в спальню.
Лариса преградила ей путь. Ее трясло — не то от пережитого страха, не то от бессилия, которое копилось месяцами.
— «Потому что захотела»? Это весь твой ответ? Я места себе не находила, я думала, с тобой что-то случилось! Ты хоть понимаешь, что такое ответственность?
— Твоя ответственность — это твои проблемы, мам, — Ника усмехнулась. — Ты же сама всегда говорила:
«Ника, ты свободная личность, я не буду тебя ограничивать».
Ну вот, я и пользуюсь свободой. Чего ты теперь кричишь?
— Свобода — это не вседозволенность! Это не значит, что можно плевать на мать!
— А я и не плюю. Я просто живу. А если тебе хочется драмы — купи билет в театр. — Ника резко дернула плечом, обходя мать, и скрылась в своей комнате, с грохотом захлопнув дверь....
Лариса хлопотала на кухне, стараясь не шуметь. Она привыкла все делать сама. Когда-то, когда Ника была маленькой, Лариса дала себе зарок: ее дочь никогда не будет чувствовать давления.
Сама Лариса выросла в семье, где каждый шаг контролировался, где музыкальная школа была обязательной, а за четверку по математике лишали прогулок на неделю.
— Я стану другой, — думала тогда Лариса.
И она стала.
— Ника, завтрак на столе! — крикнула она.
Через десять минут дочь вышла из комнаты. Вид у нее был помятый, волосы спутаны, школьная юбка жеваная, будто на ней спали.
— Не хочу я это, — Ника брезгливо отодвинула тарелку с омлетом. — Есть хлопья?
— Хлопья закончились. Поешь омлет, это полезно. Тебе сегодня к первому уроку?
— К третьему.
— Как к третьему? В расписании же...
— Расписание поменяли, — перебила Ника, не глядя на мать. Она достала телефон и уткнулась в экран.
Лариса присела на край стула.
— Ник, я хотела поговорить. Помнишь, мы обсуждали курсы дизайна? Ты же хорошо рисуешь.
Твои подруги, вон, Катя на танцы ходит, Соня английским занимается дополнительно...
— И пусть ходят, — буркнула Ника. — Им делать нечего, вот они и пашут после школы. А мне это зачем?
— Чтобы развиваться. Чтобы поступить куда-то приличное. Ты же видишь, оценки в этом триместре совсем съехали. Учительница истории звонила, говорит, ты реферат так и не сдала.
— История — это скучно. И вообще, мам, ты же сама говорила: если не хочешь — не делай. Нагрузка — это стресс. Помнишь? Твои слова.
Лариса вздохнула.
— Да, я говорила. Я хотела, чтобы ты сама выбрала свой путь. Но выбирать путь — не значит лежать на диване и гулять до полуночи.
Я думала, ты увидишь, как я стараюсь, как мне тяжело одной все тянуть... Поможешь мне хоть немного.
Ника оторвалась от телефона и посмотрела на мать....ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ