«Диктуй номер карты»: свекровь пришла за моим наследством — и не ожидала моего ответа

— Ну и удачно тебе наследство «упало»… Диктуй номер карты. Половину — нам.
Если бы мне это сказали в сериале, я бы фыркнула: «Не бывает так в лоб». А в жизни бывает. Ещё как.
Я стояла на кухне с мокрыми руками — только что домыла миски после манной каши. Младшая дочка скребла ложкой по тарелке и глядела на меня так, будто чувствовала: сейчас что-то пойдёт не так. Старший в комнате строил гараж из коробок, и коробки падали с громким «бах», как будто подыгрывали будущей сцене.
В коридоре шуршали пакеты, чужие шаги шаркали по коврику — так, словно людям здесь давно всё можно.
Свекровь, Роза Ивановна, влетела первой. На ней был тот самый «парадный» плащ, который она доставала только по большим поводам: свадьбы, похороны, фото на документы. За ней — сестра мужа Лариса, а следом племянник Арсен. Арсену под тридцать пять, а он умудрялся выглядеть так, будто его жизнь проходит в ожидании… чего-то. Чуда. Перевода. Удачи. Чужого наследства.
— Ирочка, — свекровь распахнула руки, будто мы с ней не ругались годами, — как здоровье, как детки? Ну… поздравляю, что ли.
Я молча поставила чайник. Не потому что хотела угостить. Потому что нужно было занять руки. Когда у тебя в руках чайник, ты меньше шансов даёшь себе швырнуть чашку в стену.
Павел — мой муж — вышел из спальни уже готовым к роли мебели. Сел на табурет у холодильника, уставился куда-то в плитку между швами и сделал вид, что его в квартире нет.
— Значит так, — свекровь присела во главе стола, как председатель на собрании жильцов. — Мы тут посовещались. Домик этот… ну, который от твоей бабушки. Ты его, конечно, оформляй, молодец. Но мы же семья. А в семье, как правильно? Делятся.
— Чем делятся? — спросила я.
— Деньгами, чем ещё. Продай — и всё. Тебе половина, нам половина. Я уже даже записала номер карты, — она сунула мне бумажку, будто это не просьба, а порядок оплаты коммуналки.
Лариса поддакнула сразу, без разгона:
— У Арсена со здоровьем беда. Срочно надо. А ты же понимаешь… чужие люди не помогут, а свои обязаны.
Арсен, к слову, сидел бодрый, румяный. Часы блестят, телефон дорогущий. Он листал экран, будто в этот момент выбирал, какую трагедию включить: «Сердце», «спина», «операция», «последний шанс».
— Арсен, — сказала я спокойно, — а ты сам можешь мне объяснить, что именно «срочно надо»?
Он поднял глаза, моргнул.
— Да там… сердце.
— Сердце — это общее слово. Что конкретно?
Лариса тут же перехватила:
— Ир, ну не дави! Ему тяжело, он не любит об этом говорить.
Свекровь поджала губы:
— Ты что, справки требовать будешь? У родных? В лицо?
Я посмотрела на Павла. Он всё так же изучал плитку. Ни «мам, хватит», ни «Ира, давай разберёмся». Ноль.... читать полностью