«Ты куда это собралась?

Я тебя вообще-то на свой юбилей не звала!»
Таисия Карповна смотрела на невестку с таким презрением, будто та не человеком была, а чем-то совершенно лишним, случайно оказавшимся на пороге. В ее взгляде не было ни тени стыда — только холодное раздражение и плохо скрытая злость.
Женщина в бордовом бархатном платье крепко вцепилась в локоть сына, Константина, и буквально утянула его в ярко освещенный холл. Он даже не попытался возразить. Не обернулся. Лишь отвел взгляд в сторону и позволил матери захлопнуть тяжелую дверь прямо перед носом Маргариты. Раздался сухой металлический щелчок замка — два раза, будто ставили точку.
Девятилетний Тимофей громко втянул носом воздух и натянул капюшон куртки поглубже.
— Мам, мы домой поедем? Бабушка нас выгнала? — почти шепотом спросил он, глядя на закрытую дверь.
Рядом топталась пятилетняя Варвара, крепко прижимая к себе коробку с подарком — сервизом, который они с таким старанием выбирали для бабушки.
Маргарита опустилась перед детьми на корточки, чтобы быть с ними на одном уровне. Она аккуратно поправила воротник на куртке сына и забрала у дочери тяжелую коробку.
— Мы сейчас сядем в машину к дяде Илье и немного подождем, — спокойно сказала она, хотя внутри у нее все дрожало. — А у папы с бабушкой сегодня, похоже, будет очень странный праздник.
Она выпрямилась, достала телефон и нажала на вызов.
— Илья, мы уже на улице. Передавайте следователю, можно начинать.
А ведь еще всего сорок дней назад у Маргариты была самая обычная жизнь.
Каждое утро повторялось почти без изменений: овсянка на плите, травяной чай в чашках, дети, которых нужно было собрать в школу и детский сад. Константин в это время обычно нервно хлопал дверцами шкафа в спальне, долго выбирая, в чем идти.
Пятнадцать лет брака. Когда-то они клеили дешевые обои в крошечной съемной квартире и ели простые макароны с сосисками, радуясь даже мелочам. А теперь Константин владел большой логистической компанией, носил дорогие швейцарские часы и все чаще задерживался на работе, прикрываясь бесконечными переговорами и проверками.
В то утро он раздраженно бросил ложку на стол и так и не доел кашу.
— Маргарита, ты опять взяла молоко с низким процентом? Его пить невозможно, как вода...продолжение...