Целебник. Народная медицина, здоровый образ жизни

Положила пакет кефира на сутки в морозилку. Результат приятно удивил. Теперь у меня в морозилке всегда есть кефир. Интересный рецепт попался на глаза, очень было любопытно, что получится. Взяла 2 литра кефира 3,2%, положила на ночь в морозилку, утром разрезала пакет и выложила содержимое на марлю для разморозки. Получилось 700 г чудесной сыворотки и 480 г такого творожка... Прежде всего нужно заморозить простоквашу (я замораживала на ночь). Когда кефир замерзнет, пакет разрезают, а содержимое выкладывают на дуршлаг, застеленный марлей в два слоя. Установить дуршлаг над какой-то емкостью. Всё! Кефир будет таять, сыворотка стекает, в дуршлаге остаётся мягкий творог. Когда всё растает, поднять концы марли, связать «мешочек» и подвесить до окончательного стекания сыворотки. Через сутки у вас получается вкуснейший творог! Добавлю, что творог можно получить и из кефира, и из био-йогурта. Отличный творог для детского питания или для десертов. Из сыворотки вышли нежнейшие блинчики. Удачи в приготовлении!

"Внук толкнул бабушку в озеро, прекрасно зная, что она не умеет плавать и боится воды, просто ради шутки: родственники стояли рядом, смеялись, но никто из них даже не представлял, что сделает эта женщина, как только выберется из воды... Внук стоял у края пирса и улыбался так, будто сейчас собирался сделать что-то безобидное. — Бабушка, помнишь, ты говорила, что не умеешь плавать и всегда мечтала научиться? Она нервно поправила платок и посмотрела на воду. Озеро казалось тёмным и холодным. — Да, говорила. Но я боюсь воды. Очень боюсь. Не надо шутить так. — Хватит драматизировать, — рассмеялся девятнадцатилетний внук. — Ты просто себя накручиваешь. Она сделала шаг назад, но он оказался быстрее. Лёгкий толчок в спину — и её тело уже потеряло равновесие. Она сорвалась вниз, ударилась о воду и на секунду ушла под поверхность. Когда она вынырнула, в глазах был настоящий страх. — Помогите… я не могу… — её голос сорвался. Она пыталась ухватиться за доски пирса, но руки скользили по мокрому дереву. Одежда тянула вниз, дыхание сбивалось. Она барахталась, глотала воду, снова уходила под поверхность. На пирсе смеялись. — Снимай, снимай, это же эпик, — сказала невестка, держа телефон перед собой. — Ба, ну ты даёшь, актриса года, — крикнул второй внук. Родной сын стоял в стороне и криво улыбался. — Да она просто пугает нас, ей внимание нужно, — сказал он так спокойно, будто речь шла о плохой погоде. Она снова ушла под воду, и на секунду стало тихо. Но когда она вынырнула и закашлялась, смех продолжился. — Ну всё, хватит цирка, вылезай уже, — раздражённо сказала невестка. Никто не протянул руку. В какой-то момент она всё-таки дотянулась до края пирса, упёрлась локтями и с трудом выбралась. Она лежала на досках, тяжело дыша, с волос стекала вода, губы дрожали. Смех постепенно стих. Она медленно поднялась. Смотрела на них долго, без крика, без истерики. Только взгляд, в котором не было ни слёз, ни просьбы. И вот тогда она сделала то, от чего они остались в шоке...продолжение... 

Сама не ожидала, что так вкусно получится! Торт без выпечки за 10 минут из того, что было дома! ПОДГОТОВИМ: Печенье — 300 г Сметана — 300 г Сахар — 100 г Ванильный сахар — 8 г Очищенные орехи — 50 г Порции: 4-6 ПРИГОТОВЛЕНИЕ: 1. Возьмите простое песочное печенье и любую сметану (у меня 20%). 2. Смешайте сметану с сахаром и ванильным сахаром для крема. 3. На плоскую тарелку выложите слой печенья и щедро намажьте кремом. 4. Повторяйте слои, пока продукты не закончатся. 5. Оставшееся печенье измельчите, добавьте орехи (можно слегка обжарить). 6. Посыпьте торт ореховой крошкой и уберите в холодильник на 3-4 часа или на ночь. Нежный, сладкий торт с ароматом орехов готов! Просто, вкусно и с душой! Делитесь рецептами и вдохновляйте других!

«Мой муж подал на развод, и моя десятилетняя дочь спросила судью: „Ваша честь, могу я показать вам кое-что, чего мама не знает?“ Судья, кажется, согласился. Когда началось видео, в зале суда воцарилась тишина. Мой муж подал на развод, как будто подавал заявление в полицию. Никакой терапии. Никаких разговоров. Просто стопка бумаг на моем рабочем столе в приемной с приклеенной запиской: „Пожалуйста, не усложняйте ситуацию“. Это был Калеб: всегда вежливый, когда хотел быть жестоким. Он хотел получить полную опеку над нашей десятилетней дочерью Харпер. Он утверждал, что я „нестабильна“, „финансово безответственна“ и „эмоционально неустойчива“». Он представил себя спокойным, уверенным и организованным отцом. И поскольку он был одет в элегантный костюм и говорил тихо, люди ему поверили. В суде он едва задерживал на мне взгляд две секунды, прежде чем отвести взгляд, словно я была какой-то неловкой реликвией, от которой он уже избавился. Харпер сидела рядом с моим адвокатом и со мной в первый день. Из зала она свесила ноги, ее руки были сложены с такой элегантностью, что у меня сердце разбилось. Я не хотела, чтобы она там была, но Калеб настоял. Он сказал, что поможет судье увидеть реальность. По-видимому, реальность заключалась в том, что моя дочь наблюдала, как ее родители разрывают друг друга на части. Первым заговорил адвокат Калеба. «Мистер Доусон был основным опекуном», — мягко сказала она. «Он заботится о воспитании ребенка. Он обеспечивает ей стабильность. Между тем, у мисс Доусон непредсказуемые перепады настроения, и она подвергает ребенка неуместным конфликтам». Неуместным конфликтам. Мне хотелось рассмеяться, но горло горело. У меня были доказательства: текстовые сообщения, банковские выписки, ночи, когда Калеб не приходил домой, то, как он переводил деньги на счет, о существовании которого я даже не знала. Но мне велели сохранять спокойствие, дать слово моему адвокату, позволить представить доказательства в установленном порядке. Тем не менее, лицо судьи оставалось бесстрастным. Такая бесстрастность, от которой чувствуешь себя невидимкой. Затем, как только адвокат Калеба закончил, Харпер заерзала на стуле. Она подняла руку, маленькую и твердую. Все обернулись. У меня замерло сердце. «Харпер…» — прошептала я, пытаясь мягко остановить ее. Но Харпер все равно стояла, глядя на скамью с выражением лица, слишком серьезным для десятилетней девочки. «Ваша честь, — сказала она отчетливо, дрожащим, но смелым голосом, — могу я показать вам кое-что, о чем мама не знает?» В зале суда воцарилась такая тишина, что можно было слышать воздух. Калеб резко повернулся к ней. Впервые за день он потерял самообладание. «Харпер, — резко сказал он, — садись». Харпер не села. Судья слегка наклонился вперед. «Что вы хотите мне показать?» — спросил он. Харпер тяжело сглотнула. «Видео, — сказала она. — Оно на моем планшете». Я убрала его, потому что не знала, кому сказать. У меня сжался желудок. Видео? Адвокат Калеба тут же встал. «Ваша честь, мы возражаем…» Судья поднял руку. «Я разрешу краткий просмотр в моей комнате, — сказал он, затем посмотрел на Харпер. — Но сначала скажите мне: почему ваша мать не знает?» Подбородок Харпер дрожал. «Потому что папа сказал мне не говорить», — прошептала она. Калеб побледнел. Продолжение