Хорошее Настроение

Какое угощение готовила Яга для сватов? Какое угощение готовила Яга для сватов в моей сказке «Сватовство Яги. Правдивая история»? Подсказка: Для этого ей пришлось лететь в соседний лес и договариваться с очень обидчивой яблоней. (Ответы пишите в комментариях.💥)

«Извините, женщина, вы меня с кем-то перепутали...» — ответил юноша на скамейке возле кладбища, и у Оксаны внутри всё похолодело. Она смотрела на него и не верила своим глазам: перед ней сидел ее старший сын... Оксана и Богдан годами молили Бога об одной-единственной мечте — услышать детский смех в своей квартире. Когда в 2001 году судьба подарила им двойняшек, казалось, счастью нет предела. Сильный мужчина плакал в больничном холле, обзванивая родственников, а Оксана с трепетом прижимала к себе два крошечных свертка. Но спустя два дня мир рухнул. В коридоре роддома было непривычно тихо, когда Оксану вызвали к главному врачу. Рядом стоял милиционер. Сухие, холодные слова прозвучали как смертный приговор: один из сыновей просто исчез прямо из отделения. Никаких зацепок, никаких свидетелей. Она кричала, умоляла вернуть ребенка, но нервная система не выдержала, и женщина потеряла сознание. Домой они вернулись с одним сыном, Артемом, и зияющей раной в сердце. Двадцать лет они жили с этой болью, воспитывая Артема, который вырос настоящим мужчиной и пошел служить на флот. В тот прохладный осенний день семья приехала на кладбище навестить могилу матери. Убирая листву, Оксана случайно бросила взгляд на соседнюю скамейку. Ее сердце пропустило удар. Там сидел ее сын! Женщина, задыхаясь от слез, подошла ближе и тихо позвала сына. Но юноша обернулся с чужим, растерянным взглядом. Он сказал, что его зовут Максим и он только что похоронил мать, которая воспитывала его одна... Продолжение 

ДПС (Дорожно-патрульная служба) города Москва Аня Соколова возвращалась домой на такси. Водитель даже не подозревал, что женщина на заднем сиденье — не обычная пассажирка, а высокопоставленный офицер полиции ГУ МВД России по городу Москве. Аня была одета в простое красное платье и выглядела как обычная москвичка. В эти дни она была в отпуске и ехала домой на свадьбу своего брата. Она решила, что на этой свадьбе будет не полицейским, а просто сестрой. По дороге водитель сказал: — Мадам, сегодня я еду этим маршрутом, хотя обычно избегаю этой дороги. Аня спокойно спросила: — Почему, брат? Что не так с этой дорогой? Водитель нервно ответил: — Мадам, здесь часто полиция останавливает машины. Один инспектор без причины выписывает штрафы и требует деньги с таксистов. Если кто-то отказывается, он даже применяет силу. Не знаю, что сегодня написано в моей судьбе. Молюсь, чтобы не встретить его, иначе он заберёт деньги, даже если я ничего не нарушил. Аня задумалась: «Неужели такое действительно происходит? Неужели офицер на этом участке настолько коррумпирован и жесток?» Вскоре она увидела инспектора Игоря Кузнецова, который стоял на обочине с несколькими сотрудниками и проверял транспорт. Как только такси подъехало, инспектор приказал остановиться. Инспектор Игорь сердито закричал: — Эй, водитель! Выходи. Думаешь, это твоя дорога, что так быстро едешь? Закона не боишься? Немедленно плати штраф 5 000 рублей. Сказав это, он достал блокнот для штрафов. Водитель, которого звали Роман, испугался: — Сэр, я ничего не нарушил. Почему вы меня штрафуете? Пожалуйста, не делайте этого. У меня нет таких денег. Где я возьму 5 000? Услышав это, инспектор ещё больше разозлился: — Ты ещё и споришь со мной? Если нет денег, зачем работаешь таксистом? Покажи свои права и документы на машину. Может, ты её украл? Роман быстро показал все документы. Всё было в порядке. Но инспектор сказал: — Документы могут быть в порядке, но штраф ты всё равно заплатишь. Давай 5 000, или хотя бы 3 000. Иначе я немедленно конфискую машину. Аня стояла рядом и внимательно наблюдала. Она ясно видела, как инспектор без причины издевается над бедным, трудолюбивым водителем и пытается вымогать деньги. Несмотря на гнев, она сохраняла спокойствие — она хотела понять всю правду. Водитель сложил руки и стал умолять: — Сэр, где я возьму такие деньги? Сегодня я заработал только 500 рублей. Я не могу заплатить 3 000. У меня маленькие дети. Я бедный человек. Я работаю день и ночь, чтобы прокормить семью. Пожалуйста, пощадите. Но инспектор Игорь не проявил никакого сочувствия. Он схватил Романа за воротник, толкнул его и закричал: — Если нет денег, зачем работаешь таксистом? Это дорога твоего отца? И ты ещё споришь со мной! Пойдём, я научу тебя в отделении. Услышав это, Аня больше не могла молчать. Она вышла вперёд, встала перед инспектором и твёрдо сказала: — Инспектор, вы полностью неправы. Этот водитель не нарушил ни одного правила, так почему вы его штрафуете? Вы ещё и применили к нему силу. Это серьёзное нарушение закона и прав гражданина. Вы не имеете права так издеваться над людьми. Немедленно отпустите его.. Продолжение 

«Ты ошибся дверью, мальчик!» — улыбался управляющий элитного банка, выставляя ребенка под дождь. Он еще не знал, кто выйдет из черного «Мерседеса» через минуту и какие цифры высветятся на экране его монитора... Десятилетний Вася просто хотел исполнить последнюю волю бабушки. В старых кроссовках и куртке из секонд-хенда он переступил порог сияющего «Роял Капитал Банка», сжимая в руке потертый конверт. Всё, что он услышал в ответ на свою тихую просьбу проверить счет — это смех. Холодный, злой смех Вадима Эдуардовича, управляющего отделением. «Это банк для элиты, а не пункт обогрева!» — прогремел он на весь зал, наслаждаясь поддержкой богатых клиентов. Никто не заступился. Охранник молча вывел мальчика, а его старенький телефон разбился о мраморный пол... Вася сидел на мокрой скамейке, раздавленный и одинокий, пока на парковку не заехал черный матовый внедорожник. Из него вышел мужчина, чей костюм стоил дороже, чем годовая зарплата того самого управляющего. Он взял ребенка за руку и повел назад, к тем же дверям. Когда они вошли, в зале повисла мертвая тишина. Управляющий побледнел, узнав мужчину, но настоящий шок ждал его впереди. «Откройте счет моего племянника», — приказал мужчина. Дрожащими руками кассир ввела данные. На экране появилась сумма, которую бабушка-учительница копила 40 лет, отказывая себе во всем. Когда Вадим Эдуардович увидел этот баланс, он понял, что его жизнь только что рухнула... Продолжение 

Меня зовут Даша, и моя свекровь меня ненавидела с первой минуты. Я работала продавцом в магазине косметики, он — владельцем небольшой сети аптек. Она говорила: «Ты не его уровня», «Он достоин лучшей», «Ты охотишься за деньгами». Я не охотилась. Я любила. Но она делала всё, чтобы нас рассорить. Писала ему гадости про меня, подслушивала разговоры, даже пыталась подкупить моего бывшего, чтобы тот сказал, что я ему изменяла. Муж не выдержал. Через три года брака, когда я родила дочку, он сказал: «Мама права. Мы слишком разные. Уходи». Я ушла. С ребёнком на руках, без жилья, без работы, без копейки. Свекровь стояла в дверях и улыбалась. Дом, где мы жили, принадлежал ей. Она не пустила меня даже вещи собрать — выкинула всё в мусорные баки. Мои платья, мои книги, детские игрушки. Я жила у подруги, потом у мамы, потом в съёмной комнате. Работала на двух работах, спала по четыре часа, не ныла. Росла дочка, росла и я. Через пять лет у меня был свой магазин косметики, через семь — сеть из трёх точек. Я купила квартиру, машину, выучила дочку в гимназию… Читать далее 

"Ничего не сказав мужу, я поехала на могилу его первой жены, чтобы попросить у неё прощения: но когда я подошла к надгробию и увидела ее фотографию на памятнике, я была в ужасе ... Когда мы с мужем познакомились, он честно рассказал, что когда-то был женат, но его жена погибла в результате несчастного случая. Он говорил, что до сих пор тяжело переживает её смерть, что это рана, которая не заживает. Я пожалела его, поняла его боль и решила не лезть в прошлое. Мне казалось, что важно то, что происходит между нами сейчас. Мы были влюблены, счастливы и готовились к свадьбе. Но всё это время меня не покидала мысль: перед тем как стать его женой, я должна поехать на могилу его первой супруги, положить цветы и попросить прощения за то, что занимаю её место. Мне хотелось сделать этот шаг честно и по-человечески, чтобы совесть была чиста. Но муж каждый раз говорил, что это не нужно, что она бы сама не захотела, чтобы кто-то напоминал ему о прошлом. На словах он пытался звучать спокойно, но я чувствовала, что в его голосе есть какая-то странная напряжённость, словно он не просто против — он боится этого визита. Я всё списывала на боль воспоминаний, но желание сходить туда только усиливалось. И однажды я просто взяла цветы и поехала. Без его ведома. Я подошла к могиле, приготовилась положить цветы — и в тот же момент увидела фотография на памятнике. В ту же секунду руки у меня онемели, цветы выпали, а сердце застучало так, будто собиралось вырваться. На надгробии была... Продолжение 

Я сфотографировал дочь, пока она спала. Отправил жене. Через минуту она перезвонила в слезах. Я не понял почему. А потом посмотрел на фото внимательнее.... Мне пятьдесят шесть. Тридцать лет на железной дороге, машинист. Руки помнят каждый рычаг, глаза — каждый километр пути. Я привык видеть то, что другие не замечают. Красный сигнал за секунду до того, как он загорится. Трещину на рельсе из окна кабины. Но в собственном доме я оказался слепым. С Ниной мы тридцать один год. Она повар в школьной столовой. Маленькая, быстрая, всегда пахнет выпечкой и чуть-чуть — корицей. Я влюбился в неё, когда мне было двадцать пять. Она смеялась так, что хотелось жить. До сих пор хочется. Дочка наша Алёна — поздний ребёнок. Нина родила в тридцать восемь, врачи отговаривали. Она сказала: «Это мой ребёнок, я его уже люблю». Алёнке сейчас девятнадцать. Первый курс. Живёт в общежитии, приезжает на выходные. Мы с Ниной живём ради этих суббот. В октябре Алёна приехала на осенние каникулы. Десять дней дома. Нина готовила три дня, набила холодильник. Я взял отгулы. Всё как всегда. Только Алёна была не как всегда. Раньше — шум, смех, музыка из комнаты, подруги по видеосвязи. Теперь — тишина. Дверь закрыта. Выходит к обеду — ест мало, молчит, глаза в тарелку. Нина спросила — «Алён, ты в порядке?» — «Да, мам, просто устала». Устала. В девятнадцать лет. Я заметил первым. Свитера. Алёна всегда ходила дома в футболках. А тут — длинные рукава. В натопленной квартире. Свитер, кофта, даже спать — в толстовке. Я списал на моду. Нина — на простуду. На третий день я зашёл к ней утром позвать завтракать. Она спала, свернувшись калачиком, обхватив себя руками, как будто защищалась от кого-то… Продолжение 

«Твой отец годится только дворы мести!» — хохотал тесть на банкете. Он не знал, что утром этот дворник заберет его компанию за долги... Платиновый ободок звякнул о мраморный пол, прокатился мимо лакированных туфель гостей и замер у ножки моего стола. Музыканты сбились с такта. Кто-то из гостей уронил вилку. — Пошли вон отсюда, — глухо произнес мой сын Денис. Он смотрел на свою уже бывшую невесту так, словно впервые увидел ее настоящее лицо. Без фильтров. Без притворной улыбки. Но обо всем по порядку. За полчаса до этого звона я сидел за тридцать восьмым столиком в элитном ресторане. Самый дальний угол, впритирку к двустворчатым дверям кухни. Каждый раз, когда проворный паренек в фартуке распахивал створку, меня обдавало густым паром, кухонной суетой и громким звоном тарелок. Это было место для обслуги и нежелательных гостей. Я опустил взгляд на свои ладони. Грубая кожа, въевшаяся в трещинки земля, мозоли. В глазах будущих родственников я был простым работягой, человеком, который всю жизнь ковыряется в теплицах на окраине. Мой вельветовый пиджак давно вытерся на локтях, а жесткий воротник дешевой хлопковой рубашки неприятно натирал шею. На другом конце зала, за главным столом, восседала семья Яны. Аркадий Борисович, владелец крупного строительного бизнеса, вальяжно покачивал бокал с красным сухим. Его супруга Инесса то и дело поправляла массивное колье. И между ними сидел Денис. Мой сын. Талантливый инженер, который смотрел на Яну с такой слепой преданностью, что мне становилось тошно. А сама Яна позировала фотографу, старательно выпячивая губы. Звон десертной ложечки о хрусталь заставил гостей прервать разговоры. Аркадий Борисович поднялся, одернул идеальный галстук. — Уважаемые! — начал он густым, хорошо поставленным голосом. — Сегодня моя Яночка делает шаг в новую жизнь. Денис парень толковый. Когда он появился на нашем пороге, он был… ну, скажем так, материалом без огранки. Но мы дали ему нужные знакомства, ввели в круг правильных людей. Аркадий медленно пошел между столами. Он двигался мимо чиновников и бизнесменов, прямиком к моему углу.... Продолжение 

После одной-единственной ночи страсти могущественный магнат оставил бедной студентке миллион долларов и исчез. Семь лет спустя она наконец поняла, почему ей была назначена эта «цена». Тем утром, когда алкогольный туман рассеялся, она проснулась рядом с мужчиной, которого никогда раньше не видела. Его уже не было. На прикроватном столике лежал тяжёлый конверт. Внутри — наличные на сумму один миллион долларов. Ни объяснений. Ни прощания. Только короткая записка: «Считай это судьбой. Не пытайся меня найти.» Она была студенткой третьего курса Тихоокеанского университета побережья, родом из маленького фермерского городка в Нью-Мексико. Её родители работали на земле и откладывали каждый песо, чтобы она могла учиться в большом городе. Но даже так денег постоянно не хватало: обучение, аренда жилья, продукты. Несмотря на это, она старалась каждый месяц отправлять немного денег домой, чтобы помочь младшему брату закончить школу. Тот вечер начался совершенно невинно. После смены в кофейне в центре Лос-Анджелеса подруга уговорила её пойти на день рождения в роскошный ресторан в Беверли-Хиллз. Она сомневалась, но подруга уверяла, что там можно найти работу на мероприятиях. Она выпила больше текилы, чем осознавала. На пустой желудок и в состоянии полного изнеможения всё вокруг быстро поплыло перед глазами. Когда она проснулась, то оказалась в роскошном отеле с видом на Уилшир-бульвар. Рядом с ней был хорошо одетый взрослый мужчина с властной харизмой. Шок парализовал её. Но ещё сильнее её смутили деньги. Это казалось унизительным — будто кто-то назначил ей цену. И всё же сумма была слишком огромной, чтобы её игнорировать. Она плакала несколько дней. Гордость боролась с необходимостью. В конце концов она использовала деньги, чтобы расплатиться с долгами, помочь родителям и закончить образование. Она окончила университет с отличием. Получила работу в уважаемой финансовой компании. Построила стабильную жизнь. Но семь лет в её сердце оставался один вопрос. Кто был этот мужчина? И зачем он это сделал? Семь лет спустя она узнала правду... Продолжение 

Мой отец оставил маму с десятью детьми ради молодой женщины из церкви — спустя 10 лет он попросился обратно, но у меня уже был приготовлен для него свой урок. ㅤㅤㅤ Мне было 15, когда отец собрал нас в подвале церкви и объявил, что Бог якобы «зовёт его в другое место» после 25 лет брака. Мама тогда была на восьмом месяце беременности нашим десятым ребёнком. Десятым. А ведь он всегда говорил, что большая семья — это его благословение. Вот только этим самым «призванием» оказалась 22-летняя участница церковного хора. Он ушёл той же ночью. Продуктовые талоны. Общие комнаты. Мама мыла офисы далеко за полночь. И при этом она ни разу не сказала о нём дурного слова. Ни одного. Она просто держалась. Ради нас. На прошлой неделе — спустя десять лет — он позвонил. Та самая певица его бросила. Видимо, она не рассчитывала на жизнь с пожилым мужчиной, у которого болит спина и нет нормальной пенсии. Теперь он хотел «вернуться домой». Говорил, что «совершил ошибки». Говорил, что скучает по семье. Мама выглядела растерянной. Доброй. Всё ещё верной так, как я никогда не мог понять. — Думаю, каждый человек заслуживает прощения, — тихо сказала она. Я не стал спорить. Я написал ему с ЕЁ телефона: «Я подумала над твоим предложением. Приходи на семейный ужин в воскресенье в 19:00. Все дети будут там. Надень свой лучший костюм. Адрес я пришлю». Он ответил почти сразу. «Дорогая, спасибо за этот второй шанс. Я не могу дождаться, когда мы снова станем семьёй». Но он не знал одного — это была ЛОВУШКА, которую я подготовил для него, и совсем скоро ему предстояло пережить САМЫЙ УНИЗИТЕЛЬНЫЙ МОМЕНТ В СВОЕЙ ЖИЗНИ. На следующий вечер он приехал по адресу, который я ему отправил. Вышел из машины с улыбкой — но застыл, когда понял, что никакого семейного ужина здесь нет. — Что это, чёрт возьми, такое? — пробормотал он. Потому что это был не наш дом. Это был церемониальный зал. — Я ухожу! Но я встал перед ним. — Нет, — спокойно сказал я. — Уже не сейчас. Останься и посмотри, что будет дальше, папа. Его глаза расширились, когда он увидел, ЧТО ИМЕННО собиралась сделать мама... Во вторник мама позвонила мне в самый неподходящий момент — в то время, когда обычно была на занятиях. Она не стала долго объяснять, а лишь сказала несколько слов, после которых у меня всё внутри похолодело: объявился отец. Тот самый человек, который исчез из нашей жизни десять лет назад. И теперь он вдруг решил, что готов вернуться. Когда я вошла на кухню, мама сидела за столом с таким видом, будто перед ней лежало не письмо, а тяжёлый камень. У неё были покрасневшие глаза, но голос оставался спокойным. Она сказала, что отец назвал свой уход ошибкой и заговорил о том, как скучает по семье. Он ушёл не в другой город и не на короткое время. Он оставил нас в тот момент, когда мама была беременна, а дома уже росли девять детей. Для меня это было не “заблудился”, а “выбрал себя”.Я сразу поняла: если он хочет снова войти в нашу жизнь, одного разговора с мамой ему будет мало. Поэтому я предложила устроить семейный ужин и посмотреть, на что он рассчитывает. Мама сомневалась, не хотела быть жестокой, но я напомнила ей: прощение не означает, что нужно впускать человека обратно в дом, который он однажды покинул. мама долгие годы тянула дом одна; мы росли на скромные деньги и бесконечную усталость; отец почти не помогал — только редкие письма и пустые обещания; мама не озлобилась и не позволила нам ожесточиться. За эти годы она совершила настоящий подвиг. Начала с нескольких вечерних курсов в колледже, потом выучилась на медсестру и вскоре получила приглашение на церемонию, где ей должны были вручить почётную награду. Именно там я и решила поставить точку в этой истории. Я пригласила отца на “семейный ужин”, не уточнив, что на самом деле его ждёт совсем другой вечер. Он приехал ровно в семь: постаревший, растерянный, в костюме, который сидел на нём как чужой. Когда он увидел баннер с торжественной церемонией колл… Продолжение