То, что золовка крикнула невестке возле школы, родители обсуждали до конца учебного года

– Ой, Маша! А я думала, ты только чужие обноски перешивать умеешь. На новый рюкзак сыну неужели брат мой раскошелился? – Кристина стояла прямо у ворот школы. Громко, на весь двор.
Я остановилась. Вокруг караулили детей другие мамы. Софья, родительница Пашкиного одноклассника, сразу повернула голову.
– Сама сшила, Кристин, – я поправила брелок-мишка на кармане рюкзака. – Костя тут ни при чем.
– Ну да, расскажи мне. Сама она сшила. Откуда у тебя деньги на ткань? Костя в автосервисе с утра до ночи корячится, а ты дома нитки перебираешь. Мужика совсем загната.
– Кристина, у меня свои заказы. Хватает.
– Да ладно врать-то при людях! Пустоголовая курица ты, Маш. Только кудахтать умеешь да из моего брата жилы тянуть. Приживалка.
Во дворе стало тихо. Софья уткнулась в телефон, но ухо выставила. Дети из Пашкиного класса замерли у крыльца.
– Замолчи, – я взяла сына за руку. Пашка сжался. – Тут дети.
– А что дети? Пусть знают, кто у них мать! Нищебродка, у мужа на шее сидит! – выкрикнула она, кривя рот.
Я не ответила. Потянула Пашку за собой к калитке.
Вечером Костя грел на кухне ужин.
– Маш, ну Кристинка звонила. Плачет. Говорит, ты на нее волком смотрела у школы.
– Волком? Кость, она меня при всех родителях курицей назвала. И приживалкой.
– Ну у нее сейчас развод, долги эти в микрозаймах. Сорвалась девка. Она же сестра мне. Ну ляпнула глупость, забудь.
– Я должна забыть?
– Ну ты же умнее, Маш. Позвони ей, скажи, что не обижаешься. Ради меня.
Я посмотрела на мужа. Он искренне считал это выходом.
На следующий день Кристина телефон оборвала. Голос в трубке был приторный.
– Маш, привет. Слушай, Костя сказал, ты куртку старую Пашкину в кладовку убрала. Отдай моему Дениске. Чего ей лежать.
– Она порвана на рукаве, Кристин. И молния заедает.
– Ой, ну ты же швея! Застрочишь за пять минут, молнию поменяешь. Тебе сложно для племянника?
Я вспомнила, как год назад она взяла у меня из заначки восемьдесят тысяч рублей. Слезно обещала вернуть через месяц. Я тогда промолчала, чтобы Костю не накручивать.
– Сложно, Кристин. У меня три платья в работе. Времени нет.
– Ой, какие мы гордые стали! – интонация сразу изменилась. – Ты всегда строишь из себя святую, Маш, а сама слова в глаза сказать боишься. Все копишь, копишь. Жалко куртку старую – так и скажи.
– Мне не жалко, Кристин.
– Да ладно, брось. Братцу твоему наберу, он привезет. Он сестре не откажет, в отличие от некоторых.
Я нажала отбой.
Пашка сидел в комнате и крутил в руках тот самый брелок-мишка.
– Мам, а почему тетя Кристина сказала, что ты курица? – тихо спросил он, не поднимая глаз.
– Она просто была не в духе, сынок. Не бери в голову.
– А Соня сегодня в школе сказала, что ее мама дома говорила про тебя. Что ты у папы на шее сидишь и ничего не делаешь. Это правда?
Я замерла у стола..
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ [👇] [👇] [👇] ПОЖАЛУЙСТА ,
НАЖМИТЕ НА ССЫЛКУ НИЖЕ (НА КАРТИНКУ) [⬇]