В новом мелодраматическом сериале «Теплый ветер с севера», где я играю спасателя Василия, история рассказывает о враче Марте, уехавшей в провинцию после личных катаклизмов и пытавшейся спасти умирающую больницу, в то время как местный бизнесмен замышляет превратить клинику в санаторий;

наши герои встречаются, между ними зарождается роман, но вскоре выясняется, что их семьи связаны давней трагедией, а затем бьющий по зрителю поворот — жена Василия оказывается жива и возвращается в тот самый момент, когда он, наконец, позволил себе начать новую жизнь, поставив персонажа перед мучительным нравственным выбором. Мне было важно сыграть не «однозначно хорошего» героя: спасательская одержимость Василия, его уязвимость и даже оттенок нарциссизма — попытка через помощь другим заглушить свою вину — сделали роль интересной; я не люблю простые, «обезжиренные» образы и чаще тянусь к сложным, многогранным персонажам, хотя признаю, что таких ролей сейчас предлагают реже. В профессии я с 2006 года, и с годами научился относиться к отказам иначе: чем сильнее ты стараешься, тем чаще ничего не получается, а порой двери открываются тогда, когда ты это уже отпустил; при выборе проектов я стал требовать диалога с режиссером и готов отказаться, если не предвижу творческого взаимодействия, но любопытство нередко перевешивает и ведет меня в работу, даже когда «коннекта» нет. Сейчас у меня плотный график: в мае стартуют съемки исторического детектива «Расстрел» на НТВ, в театре мы готовим повторную постановку «Двор без качелей» с Любой Тихомировой, а совсем недавно закончились съемки фильма «Гало», где я сыграл супруга, партнёршей по которому стала Алина Ходжеванова; сценарий написал Саша Мошкова, чей путь от ассистента «Закрытой школы» до режиссера меня радует. Кстати, сериал «Закрытая школа», которому в этом году исполнилось 15 лет, долго ассоциировался со мной и раздражал, но сейчас я воспринимаю это как судьбоносный шанс: публику, которая меня узнает, я условно делю на три группы — тех, кто смотрел сериал подростком, пожилых зрительниц, регулярно ловящихся на показах фильмов по ТВ, и небольшую прослойку, знающую меня по современным проектам — и мне важно не застрять в одном амплуа. Дружеские связи, завязанные тогда, многие сохраняются: с Игорем Юртаевым мы близки уже 15 лет, регулярно созваниваемся и советуемся по делам театра и кино; с Таней Космачевой и Пашей Прилучным нас связывает давняя творческая история, и эти отношения для меня дороги. Дома у меня двое детей — сын Рома и дочь Вика — и, пожалуй, они спокойно относятся к тому, что их отец иногда узнаваем; сына иногда приглашают играть моего персонажа в детстве, а дочь, увлеченная гимнастикой и театром, с интересом наблюдает за моими репетициями; я стараюсь балансировать между требовательностью и мягкостью в воспитании. Параллельно с актерской деятельностью я учусь сценаристике в Московской школе кино и сейчас пишу диплом, что дается сложно, потому что сценарная дисциплина требует усидчивости, к которой моей спонтанной натуре непросто привыкнуть; мне хотелось бы снимать по собственным сценариям, но пока ощущаю недостаток основательности и смелости. Театр и кино — два моих мира: учеба у Алексея Гуськова и Михаила Лобанова, шестнадцатилетняя служба в «Сатириконе» у Константина Райкина сформировали меня как артиста, и каждый новый режиссер или партнер чему‑то учит; ради роли я готов экспериментировать с внешностью — я и блондином был, и с длинными волосами, и стриженным под ноль — только набор веса дается труднее. Хобби в последнее время отошли на второй план из‑за дедлайнов сценарной работы, но я тоскую по боксу, тайскому боксу и плаванию; сейчас поддерживаю форму зарядкой и физкультурой, потому что, приближаясь к сорока, понимаю, насколько важно самоорганизоваться и не переставать учиться.
Светские новости