27 апреля в Самаре прошло последнее заседание о продлении меры пресечения в отношении Екатерины Тарховой — внучки бывшего мэра Виктора Тархова — и суд оставил её в СИЗО ещё на месяц, до 26 мая;

вскоре должен начаться сам процесс: Следственный комитет уже передал дело в прокуратуру, которая с учётом майских праздников имеет 14 дней на утверждение обвинительного заключения. Тархову обвиняют в двойном убийстве и осквернении тел — к уголовному делу недавно добавили статью 244 УК РФ — и, по версии следствия, останки её деда и бабушки она измельчала в мясорубке вместе с гречкой, чтобы замаскировать их в пакете с крупой как пищевые отходы: гречка, считают следователи, впитывает влагу и перебивает запах разложения, а тёмные крупинки скрывают следы крови. На последнем заседании женщина заметно похудела, волосы от блонда вернулись к натуральному оттенку, вела себя смиренно, сидела прямо и, казалось, безмолвно слушала судью; называя адрес в Самаре, она даже пута́лась в номерах дома и квартиры, а после оглашения обвинения коротко заявила: «Да, я согласна с мнением следователя» — это было её последнее слово. Тархова ранее умоляла о домашнем аресте ради ребёнка и плакала, теперь, как сообщалось, устала просить поблажек и ждёт полноценного судебного разбирательства; она называет организаторами Светлану Метревели и своего племянника Дмитрия — мужчину, которого обвиняют в поставке яда, наблюдении за расчленением и изнасиловании рядом с трупами — сейчас эти соучастники объявлены в федеральный розыск, Метревели, по данным следствия, может скрываться в Грузии. Мать Екатерины, 78‑летняя Таисия Киселева, находится под домашним арестом и обвиняется в мошенничестве: следователи считают, что пенсионерка участвовала в продаже автомобиля убитой Натальи Тарховой. Шестилетний сын Екатерины уже полтора года живёт с крестной Еленой — ходит в детский сад, рисует, занимается плаванием и футболом, участвует в соревнованиях; эти занятия, говорит крестная, помогают ему быть счастливым и отвлекаться, но вечерами у мальчика по‑прежнему накатывает грусть и тоска по маме. Месяц назад ребёнок приезжал в СИЗО на свидание — крестная подготовила его целую неделю, однако встречи омрачило то, что из‑за строгих тюремных правил он не смог обнять мать и расстроился; родственники планируют новые визиты в следующем месяце. Детский сад оплачивает биологический отец, Владислав Пасек, который проживает в Израиле и перечисляет средства напрямую: он через суд признал своё отцовство и теперь по закону может претендовать на ребёнка.
Светские новости