Стелла Кьярри

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Почему ты улыбаешься всем подряд? — возмутился муж, упрекая жену Нина была на седьмом небе от счастья: Вадим сделал ей предложение! Она и мечтать не могла, что такой красивый, заботливый, обходительный и состоятельный мужчина обратит на неё внимание и уж тем более, позовёт замуж. Несмотря на уговоры матери не спешить со свадьбой, а узнать жениха получше, Нина и думать не хотела, что с ним что-то не так. Таких кавалеров у неё никогда не было, да и в будущем вряд ли могли бы появиться: он водил её в дорогие рестораны, дарил практичные подарки и одним звонком мог решить любую проблему. Нине казалось, что она вытянула счастливый билет. Жених с самого начала взял все организационные вопросы на себя. Аргументы были простые: «Хочу, чтобы ты отдыхала, а не бегала как загнанная лошадь по салонам. Предоставь это мне!» Вадим самолично выбрал свадебное платье для Нины, хоть она и присмотрела себе совершенно другое. — Ниночка, я ведь хочу, как лучше! Посмотри: то платье, что ты выбрала, оно же такое откровенное. На свадьбе все должны видеть твои счастливые глаза, а не твои формы и изгибы, — жених был убедителен в своих аргументах. И вот уже Нине её выбор не казался таким уж удачным, а скорее вульгарным, хотя в нём она себе нравилась больше и выглядела стройнее, о чём и намекнула Вадиму. — Дорогая, я люблю тебя, любую. Но платье, что я предлагаю, скроет все твои недостатки, и ты будешь чувствовать себя в нём комфортно, а на свадьбе это самое главное. «Он меня любит и ему виднее», — подумала Нина, но оброненная фраза Вадима про её недостатки слегка пошатнула самооценку девушки, хотя сама Нина была талантливой девушкой. Она работала дизайнером, имела прекрасную репутацию среди клиентов, приличную клиентскую базу и чувствовала себя рядом с ним не менее значимой. Семейная жизнь у Нины началась как в сказке. Муж буквально носил её на руках, не позволяя утруждаться на работе. — Ты нужна мне полная сил и энергии, — говорил он, разминая ей плечи своими сильными руками, когда она жаловалась на усталость. — А если ты так будешь работать, то скоро тебя придётся возить по санаториям, а не на курорты. Зачем тебе столько заказов? Я в состоянии обеспечить нас обоих. И Нина постепенно стала отказываться от некоторых проектов и терять клиентов. А с ними уменьшались и её собственные доходы. Вместе с клиентами из её жизни стали исчезать подруги. Вадим не запрещал жене с ними общаться, но после каждой встречи постоянно указывал на их недостатки. — Ты опять виделась с Кристиной? Она всё ещё меняет мужчин как перчатки? Мне не нравится, что она может дурно повлиять на тебя. — Вадик, при чём здесь Кристинины мужчины? — не понимала Нина. — Я дружу с ней, а не с её мужчинами. — Глупенькая, дружи, конечно! Просто ваша дружба может запятнать твою репутацию. Обычно, такие женщины, как Кристина, очень поверхностные и легкомысленные. А я не хочу, чтоб на тебя показывали пальцем за спиной только потому, что ты водишься с такими особами. А эта твоя Ира! От неё так и веет негативом. Она же постоянно ноет. Так, глядишь, и ты нахватаешься от неё. В конце концов, методичные упрёки и замечания мужа привели к тому, что Нина стала сторониться своих подруг, а потом их встречи совсем сошли на нет. Постепенно Вадим стал контролировать Нину во всём, объясняя это любовью и заботой. Также все вопросы решались им единолично, при этом муж действовал, не спрашивая, чего хочет она. — Милая, ну что за детский сад этот твой парк развлечений? — Вадим смотрел на Нину как на глупого ребёнка. — Я-то думал, что у меня жена взрослая, зрелая женщина, и заказал нам путёвки на арабский курорт. Нет, конечно, если ты хочешь, мы можем остаться и пойти кататься на твоём картинге. Он говорил это ласково, совсем не выказывая недовольства, но Нина почему-то чувствовала себя загнанной в угол и была готова провалиться сквозь бетонный пол. Вскоре Вадим стал сопровождать жену повсюду. — Это для твоей же безопасности, — говорил он. — Сейчас такая неспокойная обстановка. Нина не могла выйти из дома даже для того, чтобы купить себе платье. Вадим обязательно увязывался за ней. — Ты у меня такая рассеянная, вдруг потеряешь карту. Да и в магазинах такой большой выбор, должен же тебе кто-то с ним помочь. А кто это сделает лучше меня? Ведь я тебя знаю, как никто другой. «Похоже, даже лучше, чем я себя», — думала про себя Нина. У неё временами возникало ощущение, что она вошла в золотую клетку, из которой не было выхода. Чем дольше они жили вместе, тем тотальней становился контроль Вадима. Он запретил Нине устанавливать пароль на телефон, чтобы можно было взять его в любую минуту. — Мне нужно проверить, не нахватала ли ты вирусных программ, — оправдывал он так свою бесцеремонность. — Ведь легче предотвратить, чем потом исправлять, не правда ли, дорогая? Он, всё с той же неизменной улыбкой, листал её соцсети, между делом проверяя переписки. Увидев однажды её фото в одном из постов об их отпуске, Вадим пришёл в ярость. — Нина, что это? — воскликнул он, сунув жене увеличенное на весь экран её улыбающееся лицо. — Я просто... — Хватит! Я запрещаю тебе публиковать снимки без моего ведома! — крикнул он, а затем резко открыл дверь в туалет и швырнул телефон жены в унитаз, нажав при этом кнопку сливного бачка. — Вадик, мы же вместе с тобой ездили отдыхать… ты сам меня фоткал, — Нина, отшатнувшись, испуганно смотрела то на мужа, то на испорченный гаджет. — Я не глупец и не страдаю потерей памяти! Я помню, куда и с кем я езжу и спрашиваю, почему ты улыбаешься здесь всем подряд?! Любой, ты понимаешь, любой, кто зайдёт в твой профиль, может разглядывать тебя как вещь, выставленную на продажу! — голос Вадима стал спокойнее, но от этого у Нины пробежал холодок по спине. Она ещё никогда не чувствовала такого унижения! У Нины зарделись щеки и затряслись руки. При этом Нина почему-то ощутила стыд за свою радость, за свою фотографию. А затем ее пронзило осознание, что Вадик превратил ее улыбку на фото во что-то грязное. Вадим тем временем продолжал уже мягче, притянув её к себе, обнимая и гладя по волосам: — Любимая, я же хочу тебя защитить. Оградить от чужих взглядов, пересудов, грязных мыслей. А ты… Ты сама выставляешь себя напоказ. А Нина слышала между строк: «Ты моя, запомни это! И только я решаю, кому и когда ты можешь улыбаться!» Она невольно напряглась, когда его руки скользнули по её спине. И тогда поняла, что боится своего мужа. Не его физической силы, а того, что он почти подавил её волю, превратив в жертву своих манипуляций. Подумав, Нина поняла: Вадим её не отпустит, а также понимала, что, если она уйдёт, он не оставит попыток вернуть её. Даже телефон на временную замену старого он ей выдал особенный, кнопочный. Камеры на том допотопном телефоне и вовсе не было. Теперь уж точно не сделать фото… Она собрала сумку, пока он был на работе, и уехала к маме в тихий провинциальный городок. В тот же вечер Вадим позвонил. Он понял, что жена ушла, но не собирался сдаваться. — Нина, прости, я перегнул палку и был ужасен! Просто я очень тебя люблю и схожу с ума от ревности. У меня крышу сносит, когда я знаю, что на тебя смотрит ещё кто-то кроме меня. Давай, ты вернёшься, и мы поговорим. Я куплю тебе новый телефон, лучше прежнего! Безо всяких ограничений! Мы поедем туда, куда ты захочешь, я уже присмотрел несколько подходящих туров. Нина, что ты молчишь? — Вадим вложил в этот монолог всё своё обаяние и красноречие. Нина, выслушав всё это, молча положила трубку, достала симку, разломала и выбросила её. На другой день у неё уже был новый номер и новый телефон: тот, что выбрала она, а не муж. Первые недели у мамы она приходила в себя, вздрагивая от каждого звонка в дверь или на телефон. В магазинах инстинктивно выбирала «правильную» еду, которую обычно покупал Вадим, по привычке примеряла одежду, которая скрывала её фигуру. «Выздоровление» проходило медленно. Лишь через месяц она, впервые за три года, наконец-то смогла сделать себе любимый завтрак: овсянку с клубничным вареньем, которые муж считал баловством и пустыми углеводами: «Поменьше налегай на сладкое, фигуру испортишь, ты и так уже набрала лишние килограммы», — предостерегал он её, тут же добавляя, — «но я буду любить тебя с любой фигурой». Ей стоило большого труда сменить «статусный» домашний костюм на удобную растянутую толстовку и не думать при этом, выглядит ли это прилично и эстетично. Она заново училась смеяться, не оглядываясь на окружающих, боясь встретить их осуждающие взгляды, ожидая одёргиваний мужа. Нина долго ещё не решалась на новые отношения, собирая себя по кусочкам, реанимирую свою самооценку. Однажды, «разбирая» папки в ноутбуке, она наткнулась на свадебные фотографии. Глядя на своё счастливое лицо, Нина не почувствовала ничего, кроме грусти по себе той, которая ещё не знала, какую цену ей придётся заплатить за свою улыбку. Она выделила все фотографии и безжалостно нажала «удалить». Впереди ее ждала новая интересная жизнь, где не было места прошлой «ошибке».

Новый сожитель Рекс лежал на полу. Он понимал, что уже очень поздно. Было темно, в животе урчало, весь свой корм он уже давно съел. Странная штука на полке уже несколько раз громко звенела: Рекс не понимал, что за цифры она показывает, но ему казалось, что обычно в это время Лиза уже была дома. Вдруг Рекс услышал шаги за дверью. Он вскочил и, радостно лая, побежал встречать хозяйку. Но Лиза зашла не одна. Рекс сразу же почувствовал странный чужой запах. Он отпрыгнул от двери и начал лаять. — Рекс! Тихо! Тихо! — сказала Лиза. Посторонний сказал. — Он у тебя недружелюбный какой-то… Рекс продолжал лаять. Ему жутко не нравился этот новый человек в доме, да и запах алкоголя тоже вызывал у пса раздражение. — Рекс! А ну, на место! Прекрати! Лиза присела на корточки перед псом и сердито посмотрела ему в глаза. — Прошу! Иди на кухню! Слышишь? Рекс заскулил и сделал так, как просила хозяйка. Он мучился на кухне почти до самого утра. А на рассвете посторонний ушел. Рекс пробрался в комнату и лег рядом с Лизой. Он уткнулся носом в руку хозяйки. Рядом с ней псу было спокойнее, а вот когда дома были чужие, он всегда был настороже. Он знал, что всё это может закончиться плохо. Так уже было однажды, и тогда дома был даже не чужой человек. Лиза тогда жила с Максимом, Рекс не совсем понимал, какие между людьми бывают отношения, но он понимал, что Лиза относится к Максиму с добром. Первое время Максим заботился и о Лизе, и о Рексе. Это было счастливое время. Лиза тогда была очень радостной, очень милой, она часто смеялась и никогда не плакала. А потом что-то начало меняться. Максим стал куда-то пропадать. А когда возвращался домой, то они с Лизой ругались. Она часто запиралась в ванной и плакала. Иногда в такие моменты, она забирала Рекса с собой. А Рекс пытаясь успокоить хозяйку, облизывал её лицо, и очень удивлялся, что оно всё соленое. — Спасибо, мальчик! Спасибо! Я уже не плачу… — приговаривала Лиза, гладя пса за ухом. В день, когда всё произошло, Рекс очень нервничал, он будто чувствовал, что хозяйка переживает и боится. — Ты достала меня! Боже, как же ты достала! — орал Максим, который опять пришел домой поздно. — Ты мне не жена! Ты вообще мне никто! Лиза всхлипывала от обиды. — Что ж ты тогда здесь делаешь?! А?! Ну?! Что же ты живешь под одной крышей с тем, кто тебе чужой?! — А мне идти некуда! И ты знаешь это! Ты знаешь, что я на мели! — Макс кричал с такой яростью в голосе, что Рекс выбежал и начал на него лаять. Лиза подозвала Рекса к ноге. Но он остался на месте. — Тебя может пожалеть? — с иронией в голосе сказала она. — Ты можешь найти мне замену и переехать к ней! Есть её еду, спать в её доме, а то ты так себя мучаешь, принимаешь подачки от меня, а это же тебе в тягость! От издевательского тона Максим совсем ополоумел. Он резко подошел к Лизе и замахнулся. Но именно в этот момент Рекс впился ему в ногу зубами. Макс заорал. — Рекс! Отпусти! — испуганно закричала Лиза. — Глупый пёс… — взвыл от боли Максим. Лиза оттащила Рекса, но он продолжал рычать и вырываться. — Нет, я здесь точно не останусь! — выпалил Макс. Он быстро напихал в свой рюкзак какие-то свои вещи и ушел. Больше Максим в той квартире не появлялся. С Лизой больше никто не жил долгое время. Рекса это вполне устраивало. Но иногда она приводила посторонних. И тогда пёс оставался настороже. *** Рекс спал. Но вдруг дверь в квартиру отворилась. Он подскочил и побежал в коридор. На пороге стояли двое: Лиза и незнакомый парень. Лиза хромала, на ноге был гипс, в руках костыли. Увидев это, пес даже не стал обращать внимание на нового человека в доме. Он подбежал и стал обнюхивать эту странную белую штуку на ноге хозяйке. — Рекс, привет! Не пугайся… Я теперь вот с такой штукой буду. Рекс ластился к Лизе, а она пыталась протиснуться в квартиру. Незнакомец помогал ей, придерживая за руку. — Ну всё, мальчик, ну всё! Рекс, дай пройти… Мне же неудобно стоять… Ну… Пес отошел. Лиза и её спутник протиснулись в коридор. — Павел, спасибо, что помогли. Я не знаю, что без вас бы делала… Парень улыбнулся. — Ничего страшного! Как я мог вас бросить?! Лиза немного смутилась. — Может, хотите чай? — Ну как-то не хочется вас напрягать… — сказал Павел. Лиза засмеялась. — Ну если вы доведете меня до кухни, то я справлюсь! И Павел повел Лизу на кухню. Там она, морщась от боли, смогла каким-то образом налить две чашки чая. Пока хозяйка занималась угощением, Рекс подошел поближе и обнюхал молодого человека. Тот наклонился и погладил пса по голове. — Привет, друг! Привет! — сказал Павел. — Ты такой классный! Очень классный! На удивление Рекс не почувствовал опасности от мужчины, который оказался у них дома. А потом Лиза поставила кружки и печенье на стол. Люди сидели и долго болтали, а Рекс лежал у ног хозяйки, не теряя бдительности. *** Вечером к Лизе в госте прибежала подруга. Рексу нравилась Маша, но она использовала такой яркий парфюм, что Рексу хотелось заткнуть себе чем-нибудь нос. И все же, с ней Лиза всегда улыбалась. Поэтому Рекс терпел этот запах. Терпел и на этот раз. — Лизка! — завопила Маша с порога. — Ни фига себе у тебя гипс! Маша повисла на Лизе. — Нет, подруга, как ты вообще умудрилась-то так?! — В общем, я вышла с работы. А там такая погода гадкая. Уже даже не ноль, а плюс один. Всё подтаяло… Я по ступеньке вниз проскользила и шлепнулась на ногу! — Да ну... — Ага! Знаешь, как заболело сильно! Я даже вскрикнула! И тут откуда-то парень появился, начал надо мной хлопотать. «Не вставайте, у вас, наверное, перелом! Я сейчас посмотрю, где травмпункт, отвезу вас…» — Приятный? — спросила Маша. — Кто? — Парень, конечно… Кто ещё! — Ну да… До дома проводил, чай попил, он даже Рексу понравился… Маша посмотрела на Рекса и улыбнулась. — Это что правда?! Ты его одобрил, собакевич?! Рекс завилял хвостом. — Ну вообще! Вот тебе повезло, Лизка… — В смысле повезло? Я думаю, что мы с ним больше никогда не увидимся, — Лиза посмотрела на подругу с грустной улыбкой. — Верь в чудеса! И они будут с тобой случаться! — веселым и оптимистичным тоном сказала Маша. Они еще полночи болтали и смеялись. Рекс был спокоен за хозяйку, поэтому ушел спать на кухню, всё-таки хохот Маши и запах её духов сводил его с ума. А утром Рекс проснулся, оттого, что дома был какой-то переполох. — Машка, ну, открой дверь! Я пока костыли достану, уже полгода пройдет! — Сейчас юбку натяну! — говорила Маша, пытаясь одеться. Как только это удалось, она побежала к входной двери. Девушка открыла дверь и хихикнула. На пороге стоял Павел, в руках у него был торт. — Приветик, красавчик! Павел был немного смущен. — Доброе утро… Я, вообще-то, к Лизе… — Жаль! Жаль! Я тоже очень хорошая девушка… И тортики люблю… И не только тортики, если вы понимаете, о чём я.© Стелла Кьярри — Машка! Хватит смущать человека! — к двери подошла Лиза. — Кому Машка, а кому и Мария… — Маша расхохоталась, забрала у Павла торт и отошла. Павел заулыбался. И прошел в коридор. — Лиза, как ты? — Неплохо… Вот стараюсь даже с костылем не отставать от жизни, — Лиза была вся красная от смущения, но смогла выдавить ответ. Лиза и Павел замолчали. Они не могли придумать, что ещё сказать. Маша быстро смекнула, что неловкая пауза уже затянулась. — Так, голубки! Чайник уже закипел! Так что хватит там топтаться! В тот день Рекс буквально чувствовал, что Лиза счастлива. Она была спокойной и радостной. В списке людей, которым он доверяет, у Рекса было не так много имён, но Павел уже был близок, к тому, чтобы в него попасть. *** Лиза и Павел начали встречаться. И он всё чаще появлялся в квартире. Каждый раз он играл с Рексом, тискал его, гладил. Этот человек очень нравился псу. Поэтому, когда Павел переехал к Лизе, Рекс был вполне рад. Конечно, своей хозяйкой он воспринимал исключительно Лизу, и если бы что-то произошло, то он бы защищал именно её. Но однажды произошел случай, после которого пес полюбил Павла той же искренней любовью, что и хозяйку. Лиза задержалась на работе. И гулять с собакой отправился Паша. Вообще, это Рексу нравилось, потому что молодой человек всегда играл с ним и разрешал беситься. Так было и в этот день. Они прыгали, бегали и валялись в снегу. Павел кидал Рексу палочку, а тот охотился за ней по всему двору. И вот в какой-то момент, заигравшись, Рекс вылетел на дорогу прямо перед машиной, водитель которой искал место, чтобы припарковаться. Водитель не ехал быстро, но все равно немного задел Рекса. Павел тут же подлетел к псу. — Боже, Рекс! Рекс! — в панике повторял он. Рекс хотел встать, но у него сильно болела лапа. Поэтому он повалился на Землю. — Лежи! Не пытайся встать! Я тебя сейчас сам понесу! Павел безумно испугался. Схватив пса, он отвез пса к ветеринару. Рекс видел в глазах молодого человека настоящее волнение. Всю дорогу человек разговаривал с ним, извинялся. — Прости, Рекс, я недоглядел… До плохого довел… И потом все те недели, что перелом срастался, Паша не отходил от пса. Он заботился о нем, приносил вкусняшки, гладил его, они с Лизой даже разрешали ему спать вместе с ними. Именно тогда Рекс понял, что у него теперь два настоящих хозяина. Рексу нравилось жить вот так, ему совсем не хотелось, чтобы что-то менялось. Но изменения были неотвратимы. Пес начал замечать, что в доме появляются странные вещи. Какая-то мелкая кроватка на колесиках. Маленькое кресло, которое могло качаться туда-сюда, только Лиза не дала псу попробовать посидеть в нём. Появились какие-то игрушки, явно не по возрасту Паши и Лизы. Да и вообще, хозяйка стала много есть, у неё стал расти живот. Рекс знал Лизу много лет, и она никогда не была такой огромной. И вот в один день жизнь Рекса изменилась навсегда. Лиза и Паша пришли не одни. Они принесли с собой маленького человека. Рекс почувствовал его запах с порога. И запах этот был очень приятный сладкий, как молоко. — Рекс! — позвала его Лиза. — Рекс! Иди сюда. Пес не решался пойти туда. — Рекс! Мы хотим тебе показать кое-кого! — крикнул Павел. Пес понял, что не может прятаться вечно. Он делал один робкий шаг за другим. А потом увидел маленький розовый комок. — Рекс, это Петя. Наш сынок. Мы очень хотим, чтобы ты был его другом! — сказала хозяйка. — Будешь его защищать! — добавил Павел. Рекс смотрел на маленькие глазки человечка, на его маленькие пальчики, на его маленький нос, который смешно сопел. «Шутите? Да я жизнь за него отдам, если нужно!» — вот что подумал пес. Но сказать он этого не мог. Поэтому просто замахал хвостом и тихонько прижался носом к свертку. До самого конца Рекс был лучшим другом Пети, его главным сообщником в проделках и главным защитником. Вот так бывает: была одна хозяйка, а стала целая семья. Семья для Рекса.

— Я всю жизнь о тебе заботилась, а ты меня предала! — заявила мать после свадьбы дочери — Мама, что происходит? Я же вижу, ты какая-то странная в последнее время. Что тебя беспокоит? — раньше у Ангелины с матерью никогда не было секретов, но теперь она чувствовала, что та что-то скрывает. — Не хочу об этом говорить, — сквозь слёзы ответила Мария Викторовна и отвернулась. — Мама, ты меня пугаешь. У тебя со здоровьем плохо? — Нет, речь не обо мне. — А о ком? — удивлённо спросила Ангелина. — О тебе и твоём муже… Не хочу рушить ваше семейное счастье. — В каком смысле? — ещё больше удивилась дочь. Теперь она не просто переживала, она была в смятении. — Мама, если ты что-то знаешь, расскажи мне, — продолжила настаивать Ангелина. Мария Викторовна вздохнула и с сожалением посмотрела на дочь... До этого разговора жизнь Ангелины и Максима была словно волшебная сказка. Они познакомились на работе и сразу стали встречаться. Мужчина казался добрым, надёжным и заботливым. Их отношения развивались стремительно. Через полгода Максим сделал Ангелине предложение. Они поженились и стали жить в трёхкомнатной квартире вместе с его матерью. Когда Мария Викторовна познакомилась с будущим зятем, она поняла, что дочь в хороших руках. Максим производил впечатление порядочного и серьёзного человека. О таком зяте любая тёща могла только мечтать. С родителями возлюбленной повезло не только мужчине. Ангелина тоже понравилась будущей свекрови. Олеся Игоревна была женщиной доброй и понимающей. Она всю жизнь мечтала о дочери, поэтому, когда Максим представил ей свою невесту, будущая свекровь сразу приняла Гелю как родную. — Геля, как же мне с тобой повезло! Всю жизнь переживала, что Максим выберет что-то не то, а вышло всё в точности наоборот. Даже не представляешь, как я рада, что вы вместе, — говорила свекровь, когда невестка переехала в её квартиру. — Спасибо, Олеся Игоревна! Мне очень приятно. Иметь такую свекровь, как вы, большой подарок, — улыбалась в ответ Ангелина. Первое время тёща тоже была счастлива, что молодые супруги жили душа в душу, но потом в ней стала просыпаться лёгкая ревность. Дело в том, что она всю жизнь воспитывала дочь в одиночку. Отец Ангелины бросил их, когда девочка была совсем малышкой. Теперь мать боялась потерять внимание дочери, которая удивительно быстро влилась в семью мужа. — Что-то вы с Максимом давно в гости не приходили. Я всё жду вас, жду, а вам всё некогда, — Мария Викторовна стала предъявлять претензии уже через полгода после того, как дочь вышла замуж. — Мам, нам действительно некогда. Мы оба допоздна работаем, а в выходные тоже не остаётся свободного времени. — Чем же вы таким занимаетесь, что к матери приехать не можете? — Максим постоянно в гараже возится. Чинит машину, будь она неладна. Мы с Олесей Игоревной в квартире убираем, ходим с ней за покупками, а потом вместе полуфабрикаты на всю неделю готовим. — Может, мне тоже как-нибудь прийти, помочь вам? Ты же знаешь, я неплохо леплю пельмени, да и котлеты для заморозки у меня отличные получаются. — Знаю, но не хочу обременять тебя. Мы с мамой сами справляемся. — С мамой?! Ты что, теперь называешь её мамой? — в голосе Марии Викторовны слышалась обида. — А как же я? Я теперь для тебя кто? — Как это кто? — рассмеялась Ангелина. — Ты моя самая родная и любимая мамулечка. Не обижайся, просто мы с Олесей Игоревной живём под одной крышей. Как-то неудобно обращаться к ней по имени и отчеству, вот она и предложила, чтобы я её называла мамой. Эта новость больно задела Марию Викторовну. Она всю жизнь воспитывала дочь одна. Не спала ночами, когда та часто болела. Допоздна работала, чтобы обеспечить Ангелину всем необходимым. Поддерживала её, когда дочь переживала из-за проблем с подругами. «Неужели для неё это ничего не значит?» — сразу возник вопрос в голове Марии Викторовны. — «Я отдала ей всё: время, силы, любовь, а теперь она так легко заменяет меня другой женщиной…» — Ладно, дочка, если не хочешь навещать меня, не надо. Найду себе хобби, чтобы не приставать к вам, — наконец выдавила Мария Викторовна. — Мама, ну не надо так, не обижайся. Обещаю, на следующих выходных мы обязательно приедем, — поспешила успокоить её Ангелина. Заметив обиду в голосе матери, Ангелина решила изменить свое поведение. С тех пор они с Максимом почти каждые выходные старались навещать её. Первое время Мария Викторовна была рада вниманию, но через некоторое время она перестала улыбаться и дистанцировалась от Ангелины, стала держаться с ней холодно. — Мама, что происходит? — заметив перемены в поведении матери, Ангелина стала беспокоиться. — Не хочу об этом говорить. Не желаю рушить твоё семейное счастье. — Ты о чём? Мама, ты меня пугаешь, — напряглась Ангелина. — Ладно, так и быть, скажу. Не хотела, конечно, говорить тебе такое, но молчать тоже неправильно.Твой муж… Он не тот, за кого себя выдаёт… — Как это? — ещё больше запуталась Ангелина. — Он ведёт двойную жизнь, дочка. Я видела его с другой женщиной... Они так увлечённо разговаривали, смеялись… А потом Максим поцеловал её. Он тебя предал, дорогая. — Что?! Этого не может быть! Ты, наверное, ошиблась! — от такой неожиданной новости лицо Ангелины помрачнело. — Ох, я бы очень хотела ошибиться, но я их даже сфотографировала. Посмотри на эти снимки, — сказав это, Мария Викторовна протянула дочери телефон. Когда Ангелина просмотрела фотографии и убедилась, что мама говорила правду, она побледнела и едва не потеряла сознание. Этот разговор положил конец отношениям между супругами. Несмотря на то что Максим яростно отрицал всё, утверждая, что не знает эту женщину на фотографиях, Ангелина ему не поверила. Она собрала вещи и переехала обратно к маме. Её мечты о счастливой семейной жизни рассыпались, словно карточный домик. Целый месяц Ангелина рыдала. Её дни стали серыми и унылыми, а по ночам её мучили кошмары. Максим и Олеся Игоревна сотню раз пытались поговорить с ней, но она даже слушать не хотела их. Мария Викторовна изо всех сил поддерживала дочь. Каждый день она находила тёплые слова, готовила любимые блюда Ангелины, заботилась о ней, как о маленькой. Но даже такая искренняя забота не могла исцелить душевные раны обманутой женщины. Постепенно боль стала отступать. Однажды утром Ангелина проснулась с твёрдым решением начать жизнь заново. Из-за затяжной депрессии ей пришлось оставить прежнюю работу, но теперь это казалось неважным. Своё возрождение она решила начать с поиска новой вакансии. Включив компьютер, которым в последнее время пользовалась только Мария Викторовна, Ангелина случайно открыла личную страницу мамы в социальной сети. Если бы женщина не забыла закрыть вкладку, дочь никогда бы не стала читать чужие сообщения. Но сейчас перед её глазами предстал открытый диалог, от которого кровь отхлынула от лица Ангелины. Сообщения были краткими, но предельно ясными. То, что она прочитала там, перевернуло её мир с ног на голову. — Гляньте на эти снимки. Такие пойдут? — неизвестный мужчина прислал Марии Викторовне те самые фото, которые месяц назад стали причиной разрушения семьи её дочери. — Да, вполне. Будто это было на самом деле. Надеюсь, Ангелина тоже поверит, — ответила мама. — Ещё как поверит. Сейчас такие фото можно сделать, что даже эксперты не отличат, спасибо нейросетям. В общем, оплату жду на карту, как и договаривались. Остальные снимки вышлю на почту. Ангелина не знала электронную почту матери, но ей и незачем было проверять её. Она поняла, о каких фотографиях говорил этот незнакомец. Кровь застыла в жилах женщины. Только сейчас она осознала свою ошибку. Максим оказался верным, а вот Мария Викторовна предала собственную дочь. Целый день Ангелина не могла прийти в себя. В голове крутились мысли о том, как легко она купилась на сфабрикованные снимки, как слепо доверилась матери и даже не попыталась разобраться в ситуации. К вечеру женщина приняла решение. Нужно было поговорить с Максимом и попросить у него прощения. Но прежде всего Ангелина решила расставить все точки над i с матерью. Дождавшись, когда Мария Викторовна вернётся с работы, дочь задала ей прямой вопрос: — Зачем ты так со мной поступила? Для чего устроила этот цирк с фотографиями? — Что? О чём ты говоришь, дочка? — лицо матери побледнело. Она не ожидала, что Ангелина узнает правду. — Только давай без притворства и лицемерия. Я всё знаю, мама. Ответь на мой вопрос: для чего ты это сделала? Понимая, что теперь не отвертеться, Мария Викторовна решила во всём признаться: — А как ты думала? Ты предала меня! Я всю жизнь о тебе заботилась, но стоило тебе выйти замуж, как ты сразу обо мне забыла. Сидишь там со своей свекровушкой, по магазинам с ней ходишь, готовишь с ней, шушукаешься, а я здесь от одиночества страдаю. Как ты вообще могла назвать её мамой?! Мама — это я! — Так это всё из-за ревности? Ты ревновала меня к Олесе Игоревне, поэтому решила разрушить мой брак? — опешила Ангелина. — Никого я не ревновала и ничего не рушила. Просто решила восстановить справедливость. Это я тебя воспитала, а не эта Олеся Игоревна. Ты должна не ей, а мне в ноги кланяться. Я на тебя жизнь положила, а ты… Ангелина совершенно не узнавала маму. Это было настолько нереально, что казалось каким-то страшным сном. Мария Викторовна ещё долго объясняла, почему поступила с дочерью так подло, а та лишь слушала и молчала. Когда монолог матери завершился, Ангелина не стала скандалить или закатывать истерику. Она спокойно посмотрела на неё и сказала: — Я возвращаюсь к мужу, а ты больше не смей лезть в мою жизнь. Никогда. Эти слова были сказаны с таким равнодушием, что у Марии Викторовны перехватило дыхание. Она хотела возразить и даже поспорить с дочерью, но Ангелина больше не стала её слушать. Женщина собрала вещи и ушла из квартиры, оставив мать наедине с её совестью. Максим встретил Ангелину у подъезда. Как раз в это время он возвращался с работы домой. Увидев жену с чемоданами, мужчина всё понял. — Я ждал тебя. Пошли домой, — сказал он и взял её вещи. Мужчина был обижен на жену, но все же сумел понять ее и простить. В большей степени на его решение повлияла мама, которая очень хорошо относилась к невестке и прекрасно понимала эту ситуацию с позиции женщины. — Простите меня, я больше никогда не буду сомневаться в вас, вы самые близкие мне люди, — сказала Ангелина мужу и свекрови. С этих пор Ангелина не просто отстранилась от родной матери, она стала относиться к ней, как к чужому человеку. У них всегда были доверительные отношения, но эта подлость с фотографиями разрушила всё. Мария Викторовна пыталась наладить прежний контакт с дочерью. Часто писала ей сообщения, каждый день звонила, но Ангелина была холодна. Она сохраняла дистанцию. Теперь её общение с матерью сводилось к коротким диалогам по телефону, которые происходили раз в несколько недель. И только со временем, когда в семье Ангелины и Максима появился малыш, они смогли простить Марию и наладить относительно добрые отношения с ней, чтобы иногда доверять ей заботу о внуке.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Уходи, — сказала невеста, подслушав разговор жениха Как только водитель открыл двери, Костя выскочил из автобуса и побежал к зданию вокзала. Парень буквально летел вверх по лестнице и через минуту забежал в просторный зал вокзала. Тяжело дыша, он добежал до выхода на платформы и остановился перед большим электронным табло. — Так… Тверь… — пробормотал он. На табло он увидел только один поезд, который шел туда. До отправления оставалось десять минут. — Успею… Господи, только бы успеть! — пробормотал он и побежал дальше. На ходу Костя позвонил Лене, но она не отвечала. Платформа была забита людьми. Костя нырнул в эту толпу, расталкивая всех локтями, пытаясь разглядеть рыжую копну волос или до боли знакомый светлый плащ. — Извините! Простите… Можно?! — повторял он, пробираясь к поезду. — Молодой человек, аккуратнее! — недовольно бросила ему женщина с огромной сумкой. Но Костя никак не отреагировал. Он подбежал к первому вагону и крикнул: — Лена! Лена! Несколько человек обернулись. Кто-то отступил в сторону. Но Лены не было видно. Костя побежал вдоль состава, заглядывая в окна. — Лена! Лена! — звал он с уже нескрываемым отчаянием. Он побежал дальше. Проводница махнула ему рукой: — Всё, молодой человек! Поезд отправляется! — Подождите, я ищу… — начал он, но в этот момент состав тронулся. Костя был в ужасе. — Лена! — крикнул Костя ещё раз, из последних сил. Он бежал рядом с медленно движущимися вагонами, всматриваясь в окна, будто надеялся, что вот-вот появится её лицо. Но там были только чужие люди. — Лена-а-а! — снова крикнул он. Поезд набирал скорость. Костя замедлил шаг, потом остановился. — Ну почему… — прошептал он. — Почему ты уехала? Люди расходились, платформа пустела. Но молодой человек ещё долго стоял неподвижно, словно надеясь, что вдруг рядом появится его возлюбленная. Утром того же дня... Костя примчался к общежитию, где жила Лена. Он забежал внутрь. У входа сидела комендантша, невысокая женщина в очках. Она посмотрела на него строго. — Молодой человек, вы к кому? — сухо спросила она. Костя не мог вспомнить, видел ли он эту женщину раньше, помнит и знает ли она его, поймет ли она его. — К Елене Прудниковой! — Костя почти задыхался. — Она уехала сегодня… — сказала комендант. — Пожалуйста. Я знаю! Мне нужно поговорить хотя бы с её соседкой! Её зовут Валя… Валентина… Я не знаю её фамилии… Комендантша поджала губы. Видно было, что ей неприятно нарушать правила, но отчаяние в глазах и словах парня её всё же тронули. — Ладно! Только быстро. И без шума. Костя кивнул ей в знак благодарности и побежал по лестнице наверх. Он поднялся на третий этаж, быстрым шагом дошел до середины коридора и постучал в комнату под номером триста пять. Долго ждать не пришлось. Валя открыла почти сразу. — Костя?! Ты зачем пришел?! — Где Лена? Ты знаешь, где она? Ты должна знать! — спросил он. Валя нахмурилась. — Она уехала. Ты же знаешь, раз пришел. Что я могу еще тебе сказать?! — Почему она уехала? Почему она ничего не объяснила мне? — Я ничего не знаю! — отрезала Валя. — Тебе пора уходить! Она уже хотела закрыть дверь, но Костя подставил руку. — Валя, прошу тебя… Скажи хоть что-нибудь. Хоть что-то! Ты же знаешь, ты же видишь, как мне плохо! — Я не хочу в это лезть, — Валя отвела глаза. И тогда Костя опустился на колени. Прямо в коридоре на холодный пол. — Пожалуйста… — сказал он тихо, почти шепотом. — Пожалуйста, Валя… Девушка растерянно посмотрела на него. Ей стало его безумно жаль. — Ладно… Только встань! Я тебе всё расскажу… Она подождала, пока он встанет. А потом уже начала говорить. — Она сказала, что услышала ваш разговор с твоей мамой. Лена услышала, как ты сказал, что тебе уже надоело с ней. Что не хочешь жениться. Что мечтаешь расстаться, только боишься сказать ей это прямо. Костя остолбенел. — Чего?! — вырвалось у него. — Она пришла вчера, сказала, что не сможет притворяться, что ничего не знает. Она решила уехать к родителям. Костя всё ещё переваривал услышанное. — Я не говорил этого! Я никогда такого не говорил! Я люблю её! Откуда она всё это взяла?! — Я не знаю… — устало ответила Валя. Костя схватился за голову. Он пытался вспомнить, что было вчера. Но не мог понять, в какой момент всё пошло не так. *** За день до этого они должны были подать заявление в ЗАГС. Лена была очень счастлива, она всё строила планы, как будет шокировать друзей этой новостью. Костя слегка нервничал, но Лене казалось, что это просто естественная реакция на такое важное событие. Они вошли в ЗАГС, перед дверью в нужный кабинет Костя достал папку с документами и решил всё проверить. Когда очередь дошла до паспорта, он остолбенел. — Эмм… — он нахмурился. — Это не мой паспорт. Лена наклонилась и увидела фото его младшей сестры Лизы. — Как это не твой? — растерялась Лена. — Это сестры… Опять она что-то переложила! Чёрт! Лена расстроилась, но решила, что это просто временная трудность. Костя злился, поэтому она решила переключить его внимание. — Ладно… Пойдем в кафе? В следующий раз подадим заявление… — разочарованно сказала она. Костя молча кивнул. Кафе было небольшим и уютным, они ходили сюда с первого курса. Лена заказала кофе и любимую булочку, Костя захотел только чай. Он всё ещё выглядел раздосадованным. И тут у него зазвонил телефон. — Мама… Я отойду, ладно? Он встал. Лена бросила взгляд ему вслед. Вскоре официант принес заказ. Лена не начинала есть, ждала Костю. Прошло минут пятнадцать, Лена решила пойти за женихом и... услышала его слова в холле кафе. Он говорил по телефону с мамой. — Мам, да я понимаю… Рано или поздно мы уже поставим точку. Да… Я понимаю, мне самому надоело. Она достала уже. Понимаю! Да! Я ей всё скажу! Правда! Я уже устал! Лена замерла. Она пыталась понять, что же она услышала. Ей не хотелось верить в то, что это было сказано про неё, но ничего другого на ум не пришло. Когда Костя вернулся, лицо её было мрачным. — Лена? — Костя заметил это. — Всё нормально? — Да… — она кивнула, но даже не посмотрела ему в глаза. Она так ничего и не съела. Почти не говорила по дороге до дома. А утром, когда Костя ей написал, она ответила в сообщении, что между ними всё кончено. И что она уезжает. За ночь девушка умудрилась сформулировать целую теорию, в которой её молодой человек выработал изощренный план, чтобы с ней расстаться. И она даже не принимала в расчет, что это её выдумка может быть далека от реальности. *** Костя помчался в Тверь. Он купил билет на автобус, а дальше всё было как в тумане. Он пришел в себя только в тот момент, когда дошел до дома, где жила Ленина семья. Поднявшись на нужный этаж, он нажал на звонок. Дверь открыла мама девушки. — Вы Костя? — спросила она. — Да… Пустите? Мне с Леной поговорить надо, — с виноватым видом сказал молодой человек. Мать Лены колебалась, но в итоге прогонять Костю не стала. — Проходи. Лена в комнате. Но она сказала, что ни с кем говорить не будет. Костя кивнул. — Где её комната? — тихо спросил он. — В конце коридора. Только не дави на неё… Костя подошел к двери и тихонько постучал. — Лена! Это я. За дверью послышались шаги: — Уходи. Но Костя не ушёл. Он прислонился лбом к косяку. — Лена, пожалуйста. Дай мне пять минут. Давай поговорим. — Ты всё уже сказал. — Лен… Скажи мне сама, что ты услышала? — А зачем? Что-то добавить к сказанному хочешь? — у неё дрожал голос. — Скажи… — повторил он. — Чтобы я мог всё объяснить. Она замолчала, но потом всё же повторила его слова: — Рано или поздно мы уже поставим точку… Мне самому надоело… Она достала… Я всё скажу… Я устал… Твои же слова? Правда, Кость? — Да, это мои слова! Он сразу же услышал, как Лена начала всхлипывать. — Но это было не о тебе. Она не ответила.© Стелла Кьярри — Лена, можно я войду? Пожалуйста. Через пару секунд замок тихо щелкнул. Дверь приоткрылась. Костя вошел. Закрыл за собой дверь. Он не хотел, чтобы Ленины родители участвовали во всём этом. — Я говорил это про Лизу. Лена нахмурилась. Он сел на стул, а Лена — на край кровати. Девушка всё ещё старалась держать дистанцию. — Она опять залезла в мои документы. Опять. Хотя я сто раз просил не трогать. Из-за неё в папке оказался её паспорт. Я сорвался. Говорил маме, что устал от Лизкиных постоянных загонов. Что она меня достала. Что если она не перестанет, я скажу ей всё прямо, наору. Мама у меня не сторонница таких методов, она не хочет воспитывать Лизу, а мне надоела ее глупость во всем. Понимаешь?! — Это… Это было не про меня? — Лена посмотрела на Костю с удивлением. — Совсем не про тебя! Лен, если бы ты знала, как я испугался, когда понял, что ты уезжаешь. Я даже за поездом побежал! Я к Вале потом поехал. Я тебя же очень сильно люблю! Лен! Девушка всхлипнула. Она прикрыла лицо руками и начала плакать. Костя осторожно притянул её к себе. — Я думала… Я правда думала, что ты специально всё это придумал с паспортом, что боишься мне сказать, что не хочешь жениться, — прошептала она сквозь слёзы. — Чушь! — он погладил её по голове. — Я очень хочу на тебе жениться! Очень! Она рассмеялась сквозь слезы. — Дурацкая ситуация… — сказала она. — Не то слово… Ты в следующий раз так не делай! Ты просто спроси… Хорошо? Не уезжай! Не разрушай наши отношения, ладно? Лена кивнула. Они обнялись. Им сейчас так не хотелось друг друга отпускать. Мама Лены тихонько заглянула в комнату, увидела, что всё хорошо, и снова незаметно закрыла дверь. — Поедем обратно? Паспорт со мной… Можем хоть сегодня подать заявление, а?! — мягко спросил Костя. — Поедем! — Лена улыбнулась и сделала шаг навстречу счастливому будущему. К счастью, сестра Константина никак не повлияла на их отношения, хотя сама так и осталась беззалаберной и рассеянной девушкой. Но это совсем другая история.

— Надо поспать. Глядишь, до утра доживу, — твердила одинокая пенсионерка Ирина Ивановна уже пять лет жила одна. Муж умер, а сын перебрался в другой город на заработки. Он обзавёлся семьёй и звонил довольно редко — в основном по праздникам или в день оплаты коммуналки, чтобы удостовериться, что Ирина Ивановна исправно платит по счетам. Внуков пока сын ей не подарил: его жена была еще молодой и хотела пожить для себя. Разница между супругами была 15 лет, чему Ирина Ивановна не была рада, считая, что просто не доживет до внуков. В общем, жизнь Ирины Ивановны постепенно сузилась до квартиры, больницы, аптеки и небольшого сквера неподалёку, где она иногда гуляла, если позволяла погода и самочувствие. Недавно ей заменили тазобедренный сустав, и женщины в палате беспокоились за неё больше, чем родной сын. Реабилитацию пенсионерка проходила дома: врач строго запретил ей перенапрягаться. Да какое там... Сил почти не было — организм восстанавливался тяжело. «Ну ничего, переживу как-нибудь», — успокаивала себя Ирина Ивановна, глядя на Образа в углу комнаты. Она была человеком набожным и верила, что все образуется с Божьей помощью. Вот только жизнь порой подкидывает испытания даже самым светлым людям. В конце ноября, через несколько дней после выписки из больницы, в районе, где жила Ирина Ивановна, случилась авария: порыв трубы, повреждение электросети — всё как-то так сразу. К обеду в доме погас свет, отключилось отопление и исчезла вода. Квартира остыла так быстро, будто не было в доме стен, и она жила в соломенной избушке. Ирина Ивановна сидела на кровати, натянув на себя одеяло, и чувствовала, что ей холодно. Как назло, телефон был старый и аккумулятор у него не держал заряд, а в холодной квартире он вообще моментально разрядился. Ирина Ивановна поняла, что теряет контроль над ситуацией, когда, несмотря на теплое одеяло, ее зазнобило. Она потянулась к тонометру и ахнула. — Мама родная! Что же это так? Надо срочно таблетку... — пенсионерка нащупала блистер и поняла, что лекарства от давления закончились. В аптеку она не могла выйти: с палочкой ещё толком не ходила, а заморозки и гололед на улице — прямая опасность для женщины после операции. Молясь, чтобы телефон не сел, она позвонила сыну, но тот не ответил. Позвонила второй раз — абонент недоступен. Она посмотрела на тёмный экран и поняла, что остаётся без связи и благ цивилизации на неопределённое время. Ей вдруг стало по-настоящему страшно. Она потянулась к окну, чтобы выглянуть во двор, но ничего не было видно — к вечеру весь район погрузился в темноту. Только редкие фонарики телефонов мелькали у подъездов, как путеводные звезды, упавшие с неба. В подъезде было тихо, словно люди исчезли. — А ведь раньше все было иначе! Только что случится, соседи друг к другу бегут, — сказала она сама себе, и ее голос эхом отразился от безмолвных стен. Она вспомнила, как раньше жила: всю жизнь Ирина Ивановна проработала санитаркой в больнице, могла смену провести на ногах, спешила помочь любому, кому требовалась ее помощь и внимание. Соседи когда-то часто заходили друг к другу: то за советом, то просто поболтать. Знали друг друга, гуляли на праздниках, не разделяя на своих и чужих. Теперь же бывшие приятельницы Ирины Ивановны переехали, а кто-то и вовсе умер... А новые жильцы не стремились знакомиться. Дом стал населен чужими людьми нового поколения. Поколения «закрытых» людей. Стелла Кьярри — Эх... — Ирина Ивановна подумала, что если бы рядом была Нюшка, её собака, умершая полгода назад, то в квартире хотя бы было не так пусто. Собака всегда ложилась у кровати, и даже в самые трудные дни ей казалось, что рядом есть любимое существо. Сейчас же пенсионерка сидела в тёмной комнате одна и слушала только собственное дыхание, да навязчивые мысли, которые нашептывали ей о том, что давление может в любой момент стать запредельно высоким, а там... и до беды недалеко. Ирина Ивановна не боялась смерти. Она не хотела стать обузой для близких. — Ладно, попробую поспать. Глядишь, до утра доживу, — пробормотала она. Она легла и попыталась успокоиться, но тревога душила. Было очевидно, что давление поднималось. Ирина Ивановна попыталась успокоиться, но мысль о том, что некому помочь, вместе с холодом проникала под кожу. И когда ей показалось, что виски сдавило тяжелыми тисками, в дверь постучали. Ирина Ивановна сначала подумала, что ей показалось. Она приподнялась на локтях, прислушалась — постучали снова. Она не запирала дверь в целях своей же безопасности, чтобы не пришлось ее ломать в случае чего. Поэтому просто позвала: — Кто там? Проходите! Открыто! Дверь хлопнула. В коридоре замелькал свет от карманного фонарика. — Это Катя, соседка ваша, снизу... Вы простите, но я решила вас проведать, — смущённо сказала женщина, заглянув в комнату. — У нас в доме ни света, ни воды, ни тепла… а вы женщина одинокая, да еще и после операции… Я не слышала, что вы ходите по квартире, и забеспокоилась. — Проходи, дочка, я рада, что обо мне вспомнили, — улыбнулась Ирина Ивановна. — Вы почему не запираете дверь? — уточнила Катя. — Да брать у меня нечего. Разве что смерть за мной придет, — горько усмехнулась пенсионерка. — Что вы такое говорите? — Катя посмотрела на пенсионерку. Бросила взгляд на тонометр и тонкое одеяло, которым прикрывалась соседка. — Так, я сейчас мужу скажу, он вам принесет радиатор, который работает без электричества. А то у вас и правда окоченеть можно! Вы вообще встаете? — Редко. Только по нужде, но сейчас не до того. Без света даже здоровый человек может навернуться, не то что старая вешалка, — постаралась пошутить Ирина Ивановна. — Давайте, я вам помогу. Наверное, вы в туалет хотите? — Честно говоря, очень. Да голова кружится... Так что терплю. — Давайте руку. Терпеть вредно. Катя подошла ближе, подхватила Ирину Ивановну под руку. Та собрала всю волю в кулак, чтобы встать. Каждое движение отзывалось болью. Но присутствие другого человека подбодрило и дало сил. Соседка помогла ей дойти до туалета. А потом убежала к себе «за подмогой». — Вот так. Будет у вас светло. Почти как в средневековье, — хохотнула Катя, зажигая свечи. Свет от них делал комнату живой и уютной. Через несколько минут её муж принёс радиатор и поставил рядом с кроватью. Пока прибор нагревался, соседка укрыла Ирину Ивановну плотным пледом. А ещё через пятнадцать минут Катя с мужем отпаивали Ирину Ивановну горячим чаем с блинами. Она держала в ладонях кружку и улыбалась. Ей стало гораздо легче — даже без лекарств. — У вас давление высокое? Давайте-ка измерим. — Да сейчас уже нормальное, спасибо вам… — Ирина Ивановна замялась, но всё же добавила: — Таблетки у меня кончились. Сын не отвечал на звонок… Я немного струсила, если честно. Катя присела рядом. — Что же вы не вызвали скорую? — спросила она, ставя телефон пенсионерки на зарядку через небольшое беспроводное устройство. У них, у молодых, было всё продумано заранее, не то что у пенсионерки... — Знаешь, я всю жизнь в больнице проработала. Многое повидала. Везли нам всяких, потому и скорую я не вызывала, не хотела докторов отвлекать от работы, мало ли кто сейчас в критическом состоянии, кому действительно нужна помощь… а я что? Старуха... Ирина Ивановна провела ладонью по щеке, смахивая слезу. — Давайте так, вот мой номер, звоните в любое время. Радиатор мы вам на ночь оставим. А сына я сейчас отправлю за вашими лекарствами. В соседнем доме есть круглосуточная аптека, — сказала Катя. Ирина Ивановна смотрела на неё и действительно не верила, что всё это происходило с ней. Казалось, что подобное может случаться только во сне. Но это был не сон. Ей принесли лекарства, накормили и окружили заботой. Вот так вот... Совершенно негаданно, в холодный осенний вечер случилось чудо для пенсионерки. Катя стала приходить к Ирине Ивановне ежедневно. — В ЖЭКе сказали, что завтра тепло дадут, потерпите немного. Воду в конце недели только включат, но вы не волнуйтесь, Сашка с сыном на источник сегодня поедут, привезут и нам, и вам пару бутылок воды. Я вам накипячу и в термосе оставлю. И вот бульон горяченький, поешьте, — продолжала заботиться Катя. Ирина Ивановна дивилась: как так оказалось, что самая угрюмая, казалось бы, соседка, которая здороваться-то раньше толком не хотела, теперь заботилась о ней, словно о близкой родственнице. Однажды она сказала: — Кать, возьми деньги в шкафу на полке. Я немного откладывала с пенсии, когда сын прислал… — Ирина Ивановна, что вы? Я работаю, муж тоже работает. Неужто мы у вас будем за «хлеб и воду» брать? — Ты не за воду бери, а просто в качестве благодарности. Катя улыбнулась, но отрицательно покачала головой. — Мне ваша улыбка и доброе слово важнее. Знаете, я когда молодая была, с бабушкой своей мало общалась. У меня дела всё время были, замуж хотела выскочить да заработать на квартиру. Так и проскакала несколько лет. А когда опомнилась, бабушка ушла в мир иной. И не успела я с ней рядом побыть. Скрасить её последние дни на этом свете. Ирина Ивановна вздохнула и накрыла руку Катерины своей рукой. Они обе понимали глубокий смысл этого момента, когда тишина важнее любых слов. *** Воду дали в конце недели. Дома снова стало тепло и комфортно. Но Ирина Ивановна убедилась, что блага цивилизации — это не так важно, как настоящее человеческое тепло. — Спасибо, Катя, я очень рада, что в квартире этажом ниже поселились такие чудесные люди. Катя улыбнулась как-то загадочно. Вечером следующего дня соседка забежала к Ирине Ивановне после работы: — Ирина Ивановна, я вам тортик купила. — Тогда давай чай пить! — оживилась соседка. — Не могу сегодня, в театр идём с мужем. — Жаль, — пенсионерка расстроилась. — Обещайте мне, что через пару месяцев вы будете ходить и мы пойдём в театр вместе! — подмигнула Катя и быстро убежала. А через полчаса дверь отворилась. — Катюша, что-то случилось? — заволновалась Ирина Ивановна. — Мам, это не Катя. Это я… Прости, что не приезжал… Я в больнице был, а потом твоя соседка позвонила… Про операцию, про аварию на районе сказала... Я как выписался, сразу к тебе приехал… Ты уж не серчай… Сын стоял в дверях. Ирина Ивановна смотрела на него, и так хорошо стало на душе, что захотелось порхать. — Ты заходи, сынок, у меня тортик есть... — сказала она, улыбаясь и благодаря Провидение за все чудеса, что в ее жизни уже случились и еще произойдут. Обязательно произойдут!

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Я сама их видела! — Болтливая соседка навсегда изменила жизнь Алёны — Это не тебя соседка у подъезда ждёт? — с иронией спросил Миша, стоя у окна. — Опять она? — Алёна подошла к мужу и, мельком взглянув во двор, резко опустила жалюзи. — Лучше не показываться ей. Если заметит, сразу поднимется к нам. — Ну и пусть поднимется. Что в этом плохого? — стал поддразнивать жену Миша. — Ха-ха-ха! Очень смешно! Тебе-то хорошо, ты мужа Гали почти не видишь, а я каждый раз вынуждена слушать её бесконечные истории из жизни, — ответила Алёна, скорчив недовольную гримасу. — Так, скажи ей, что тебе это неинтересно, — пожал плечами Миша. — Не могу. Я не из тех, кто грубит хорошим людям. А Галя, по сути, неплохая женщина, — вздохнула Алёна и отошла подальше от окна, боясь, что соседка её увидит. Михаил и Алёна вели размеренную жизнь в одном из спальных районов города. Дни супругов проходили спокойно и однообразно, пока однажды в их подъезде не появились новые жильцы: Галя с мужем, Борисом. Мужа Гали Алёна с Мишей практически не видели. Боря работал на заводе. Он вставал до рассвета, заводил машину и уезжал, когда другие ещё спали. Домой Борис возвращался всегда затемно. Такая работоспособность соседа вызывала у супругов искреннее удивление. Галя же была полной противоположностью мужа. Энергичная и чрезвычайно общительная, она будто не знала, что такое усталость. Сразу после переезда в новый район женщина обошла все этажи и познакомилась с каждым соседом. Поначалу Алёна была рада появлению новых жильцов в доме. Предыдущие хозяева квартиры были хмурыми и неприветливыми, а Галя с Борей производили впечатление милых и доброжелательных людей. Алёна даже подумывала над тем, чтобы дружить с ними семьями. Однако вскоре она отказалась от этой идеи. Дело в том, что Галя была весьма навязчивым человеком. Стоило ей заметить Алёну во дворе, как она тут же спешила навстречу и начинала без умолку болтать обо всём, что приходило в голову. Её истории лились нескончаемым потоком и затягивались на долгое время. — Какая сегодня чудесная погода! Вроде осень, а тепло, как летом. Обожаю это время года! Знаешь, в детстве мы с подружками всегда ждали золотую осень… Наденем тёплые куртки, натянем сапоги по колено и — прыг-скок по лужам, прыг-скок… — протараторила Галя, не давая собеседнице даже вставить слово. Чтобы не обидеть соседку, Алёна натянуто улыбнулась и кивнула, но в глубине души мечтала поскорее уйти. Она тоже любила осень, но предпочитала наслаждаться её красотой в одиночестве, а не выслушивать бесконечные воспоминания Гали. — … а потом мы ходили в парк, собирали листья, делали гербарии. У меня до сих пор где-то лежат те старые альбомы… Ой, а у тебя, наверное, в детстве то же самое было? — Галя сделала короткую паузу, надеясь на ответную реакцию. — Да, — только успела произнести Алёна, как соседка тут же её перебила. — А я вот в магазин иду, хочу купить что-нибудь к чаю. Боря не может без сладкого. Каждый день ищет по шкафам что-нибудь вкусненькое. А твой Миша любит сладости? — Послушай, Галь, я очень спешу. У меня назначена встреча. Извини, мне пора бежать. — Алёна демонстративно посмотрела на часы и уже направилась в противоположную сторону. — А, ну хорошо. Ну, ты как-нибудь заглядывай ко мне. Поболтаем о том о сём! — с грустью крикнула соседка вслед. — Конечно, обязательно! — не сбавляя шага, согласилась Алёна. Такие диалоги между соседками случались практически ежедневно. Стоило Алёне просто поздороваться с Галей или задержать взгляд на ней, как та сразу начинала задавать множество вопросов и сама же отвечать на них. Наблюдая за этим, Михаил частенько подшучивал над супругой: — О, а вот и твоя подружка идёт. Что, болтать будете? — с улыбкой говорил он. — Тише, только не смотри на неё. Давай проскользнём незаметно. И когда она только всё успевает? Постоянно вижу её во дворе, — шептала в ответ Алёна. — Да она специально тебя караулит. Наверняка высматривает из окна… Алёна действительно не понимала, как Галя умудрялась успевать всё. Она постоянно сталкивалась с ней по пути на работу, во время обеденного перерыва и даже поздним вечером. Однажды, чтобы успеть на почту до закрытия, Алёна отпросилась у начальника пораньше. И даже в этот раз Галя умудрилась перехватить её прямо в почтовом отделении. — О, привет! Ты тоже тут? А что так рано? Уволилась или в отпуске? А, наверное, ушла пораньше? А зачем? Что-то оплатить хочешь? Или посылка пришла? — с ходу затараторила Галя. — Эм… Да, заказывала кое-что. Нужно получить, — едва успела вставить слово Алёна. — Ой, какая у тебя красивая сумочка! Новая? Где купила? Сама заказала? А у меня сумка совсем старая. Всё говорю Боре: надо новую взять! А он: и эта сойдёт. Тебе что, на подиум с ней идти? Какая разница, новая или старая? Вот его сумке уже пятнадцать лет, и он даже не думает её менять… — не умолкала Галя. Терпение Алёны снова иссякло. Не получив свою посылку, она спешно покинула почтовое отделение, сославшись на срочный вызов от начальства. Сказала, что директор прислал сообщение и требует немедленно доделать отчёты. — Ой, как жаль. А то бы вместе домой пошли. Ну ладно, всего доброго! — расстроилась Галя. На самом деле Алёне было неловко так поступать с соседкой. В глубине души она понимала, что Галина была человеком добрым и искренним. От неё всегда веяло теплом и радушием, но её неуёмная болтливость буквально выбивала Алёну из колеи. — Почему ты просто не скажешь, что тебе неинтересны её разговоры? — спрашивал Миша, наблюдая, как жена старательно зашторивает окна, чтобы Галя не заметила, что они дома. — Не могу я так поступить. Я не из тех, кто обижает хороших людей, — вздыхала Алёна. Женщина постоянно размышляла о том, как найти баланс в общении с Галиной. Она хотела выстроить с ней такие отношения, которые устраивали бы их обеих. Ведь невозможно всю жизнь избегать общества соседки, живущей двумя этажами ниже. И однажды такой шанс Алёне представился… Как-то раз, когда Миша уехал в командировку, его супруга решила заказать на ужин пиццу. Через полчаса к ней постучали. Открыв дверь, Алёна рассчитывала увидеть курьера, но на пороге стояла Галя. — Привет, соседка! Как дела? Не помешала? У меня к тебе небольшая просьба, — с задором произнесла она. — Какая? — удивлённо спросила Алёна. Но Галя была бы не Галей, если бы не начала свой ответ издалека. — Пришла с работы, а дома никого. Борька-то у меня на заводе инженером работает. Сейчас они новый цех запускают, так что он почти живёт там. Придёт поздним вечером, а ужина нет. Думаю: дай-ка борща на всю неделю наготовлю. Достала мясо из морозильника. Два часа его варила, представляешь? — Угу, — привычно кивнула Алёна. — Потом натёрла морковь, нашинковала капусту… Ой, думаю, борщ получится — просто объедение! А когда полезла в холодильник за свёклой — её нет! Помню же, точно покупала. Куда делась — ума не приложу! Хотела уже в магазин идти, но потом передумала. Пока буду ходить, у меня там всё переварится, да и оставлять газ включённым не хочется. Однажды знакомая моей мамы оставила кастрюлю на плите и ушла, а потом… Алёна была настолько утомлена этим бесконечным повествованием, что решила прервать его: — Так тебе свёкла нужна? Так бы сразу и сказала, — с улыбкой произнесла она и закрыла дверь перед носом Гали. Через пару секунд дверь снова открылась. Алёна протянула соседке мешочек с овощами: — На, держи! Вари свой борщ! — Ой, спасибо! Ты меня так выручила! — радостно воскликнула Галя. Она заметила, что Алёна уже собиралась закрыть дверь, но это её не остановило. — А ты что на ужин готовишь? Тоже борщ? Если да, я могу свёклу оставить. Сама в магазин схожу! — Нет-нет, не нужно! Сегодня готовить ничего не буду, заказала пиццу, — неловко улыбнулась женщина. Она понимала, что если поддержит диалог, он затянется. Но снова закрывать дверь перед носом Гали Алёна не решилась. — О, одобряю! Тоже надо как-нибудь заказать. Но одной пиццей сыт не будешь, сама понимаешь. Нам с Борей минимум три нужно! — не унималась Галя. — Да-да, — кивнула Алёна, пытаясь завершить диалог. — Тебе-то хорошо, ты её одна съешь. А Мишаня твой сегодня с коллегой в кафе обедал, домой не голодный придёт, — добавила Галина. — Угу… Ладно, мне пора, телефон звонит, — быстро проговорила Алёна и всё-таки сумела закрыть дверь перед Галей. Но не успела она сделать и двух шагов, как её пронзило током. Только сейчас до неё дошло, что сказала Галя. Как соседка могла видеть её мужа в кафе, если он был в командировке? Алёна, охваченная плохим предчувствием, снова бросилась к двери. Выскочив на лестничную площадку, она окликнула Галю, которая уже успела спуститься на два пролёта. — Постой! С чего ты взяла, что Миша сегодня обедал в кафе с коллегой? — крикнула она. Галина, услышав вопрос, тут же оживилась: — Как с чего? Я сама их видела! Мы пошли туда с подругой детства. Её зовут Катя, надо бы вас познакомить… — Давай без предисловий! У тебя же плита включена, мало ли что… — прервала Алёна Галю. — Ах да! Точно! — спохватилась соседка и стала торопливо рассказывать об этом случае. — В общем, сидели мы с подругой в кафе, и вдруг я вижу, как входит твой муж с какой-то блондинкой. Я подумала, что это его начальница. Она так элегантно выглядела. Да и Миша твой с неё глаз не сводил. Они долго и довольно мило общались…© Стелла Кьярри Алёна не могла в это поверить. — Не может этого быть! Ты, наверное, ошиблась?! — Нет-нет, — возразила Галя. — Я даже сфотографировала их. Хотела тебе отправить, но что-то сообщение не уходило, наверное, связь была плохая. Алёна снова замерла. — Покажи фото! — попросила она. Галя достала телефон из кармана халата и открыла галерею. То, что увидела там Алёна, заставило её сердце биться чаще. На фотографиях действительно был Миша… со своей бывшей супругой. — Перешли мне эти снимки, — едва слышно произнесла Алёна, чувствуя, как внутри неё всё холодеет. Галя, не подозревая, какой удар нанесла по семейному счастью соседей, с удовольствием выполнила просьбу женщины. Вернувшись домой, Алёна дрожащими руками переслала фотографии мужу с коротким сообщением: «Между нами всё кончено. Твои вещи я сама соберу». Не прошло и часа, как Михаил вернулся из «командировки». — Алёна, выслушай меня! Я могу всё объяснить! Это просто мимолётная связь, ничего серьёзного! — в отчаянии кричал он. — Ты говорил, что в командировке, а сам проводил время с бывшей. Я больше никогда тебе не поверю. Жизнь в таком браке бессмысленна, — холодно ответила супруга. — Но я люблю тебя! Это ошибка! Это случайность! Прости меня! — умолял Миша. Алёна молча смотрела на мужа. В её глазах не осталось и тени прежних чувств к нему. — Уходи, я подаю на развод, — твёрдо заявила она. После расставания с Михаилом жизнь Алёны превратилась в бесконечную череду серых и однообразных дней. Женщина погрузилась в тяжёлую депрессию. Работа потеряла всякий смысл, а дом казался холодным и безжизненным. Но однажды, встретив Галю на улице, Алёна с удивлением обнаружила, что бесконечные разговоры соседки помогают ей отвлечься от мрачных мыслей. — Как твои дела? Я слышала про вас с Михаилом. Мне так жаль… У моей сестры похожая история. Она тоже развелась недавно. Сначала ей было тяжело, но потом она нашла в себе силы жить дальше…— с сочувствием рассказывала Галя. Первое время Алёна слушала соседку вполуха, но потом теплота и искренность Галины стали источником её утешения. — Так, нечего дома сидеть, пойдем, будем гулять и мороженое есть, — Галя часто вытаскивала Алёну из дома. Она заполняла своими разговорами и своим обществом пустоту на сердце соседки и постепенно женщины стали общаться чаще. Алёна приглашала Галю на чай, и эти встречи помогали ей не чувствовать себя такой одинокой. Со временем их отношения переросли в настоящую дружбу. Кто бы мог подумать, что именно та самая Галя, от которой Алёна раньше старалась держаться подальше, станет её опорой в трудную минуту. Соседка не только помогла ей пережить предательство мужа, но и научила заново радоваться жизни. Теперь, глядя на полную энергии Алёну, никто бы даже не догадался, что когда-то она всеми силами избегала общения с этой неугомонной болтушкой…