Курсом Путина. НОД. REFNOD.RU

Второй раздел Польши настолько всколыхнул польскую общественность, что это привело к невиданному патриотическому подъему. В подобных условиях на политическую арену выходит Тадеуш Костюшко, ставший символом национального восстания. Принятый как лидер восстания, он был удостоен звания генералиссимуса. Костюшко обратился ко всему польскому народу с воззванием вооружаться. Собрав воедино разрозненные отряды, он разделил свою армию на корпуса и рассредоточил их по важнейшим стратегическим пунктам. Костюшко понимал, что очень скоро русские полки выдвинутся на подавление восстания. Для противодействия русской армии он приступил к укреплению предместья Варшавы - города Праги. Костюшко удалось практически невозможное - за короткое время создать неплохо обученную армию с высоким моральным духом. Петербург не собирался мириться с текущим положением дел. Екатерина II стремилась как можно быстрее завершить конфликт. С этой целью в Польшу был направлен не кто иной как Александр Васильевич Суворов.

История Великой Отечественной войны знает немало героев. Но фигура Николая Кузнецова стоит особняком. Это был человек-невидимка. Он умудрялся месяцами жить под носом у верхушки Третьего рейха и носить немецкую форму. При этом шпион методично уничтожать высокопоставленных офицеров. Глядя на его биографию, порой кажется, что читаешь сценарий голливудского шпионского боевика, но для Кузнецова это была ежедневная работа на грани жизни и смерти. Самое поразительное в его истории — это даже не количество ликвидированных генералов, а то, как простому сельскому парню удалось настолько филигранно вжиться в роль «истинного арийца», что ему верили даже кадровые офицеры абвера. Николай (при рождении Никанор) Кузнецов не имел профильного диплома лингвиста, но обладал тем, что называют божьим даром. Его феноменальное знание немецкого до сих пор остается загадкой для исследователей. Кто-то считает, что его обучила бывшая фрейлина императрицы, кто-то кивает на общение с немецкими инженерами на «Уралма

17.07.1944 по Садовому кольцу и улицам Москвы прогнали огромной колонной отдельными каре в тридцать рядов по двадцать человек 57.640 гитлеровских солдат, офицеров и генералов группы армий «Центр» из числа сдавшихся в плен бойцам 1-го (26.000 человек), 2-го (5.000 человек) и 3-го (29.000 человек) Белорусского фронтов Красной Армии во время крупнейшей в истории мировых войн операции «Багратион» по освобождению Белоруссии. Они шли широкими шеренгами по 20 человек. Шеренга за шеренгой сплошным непрерывным потоком. И когда голова этого потока повёртывала на площади Маяковского, хвост ещё продолжал развёртываться на Ленинградском шоссе... За генералами шли колонны офицеров. Огромные сплошные колонны. Грязные, оборванные, небритые и немытые, они напоминали скорее скопище бродяг, нежели офицеров регулярной армии. Им оставили их мундиры, их знаки различия, их ордена... Сотни, тысячи москвичей стояли на тротуарах, на балконах, в карнизах окон, в трамваях и троллейбусах и даже на крышах трамваев