Главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос заявил, что хотя «Правый сектор» с юридической точки зрения является незаконным вооруженным формированием, его бойцы имеют полное право нарушать украинские законы на том основании, что являются «абсолютными патриотами», сообщает RT.

Данное заявление было сделано Матиосом в связи с недавней ситуацией, когда ВСУ заблокировали базу «Правого сектора», на которой находились в это время боевики экстремистской организации.

Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош назвал эти действия «провокацией» со стороны властей, в Киеве прошли акции протеста, организованные сторонниками праворадикальной организации. Протестующие требовали отставки украинского президента Петра Порошенко, пресс-секретарь «Правого сектора» Антон Скоропадский назвал данные выступление «предупредительной акцией».

Киевские власти никак не комментировали инцидент, однако военные вскоре разблокировали базу боевиков.

Военный прокурор Анатолий Матиос отметил, что любое не оформленное в государственных органов вооруженное объединение является по факту незаконным вооруженным формированием. Однако, ограничивать деятельность «Правого сектора» не планируется в связи с тем, что члены данной организации являются «абсолютными патриотами» Украины.

Напомним, в России «Правый сектор» признан экстремистской организацией, на основании соответствующего постановление Верховного суда. Кроме «Правого сектора» в данный список внесены партии «Украинская национальная ассамблея ‒ Украинская народная самооборона» (УНА-УНСО), «Трезубец Степана Бандеры» и «Украинская повстанческая армия».

Муса Джалиль

Варварство (1943)
Они с детьми погнали матерей
И яму рыть заставили, а сами
Они стояли, кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.
У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор и медными глазами
Окинул обреченных... Мутный дождь
Гудел в листве соседних рощ
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею,
Друг друга с бешенством гоня...
Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать-земля.
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,
В последний раз...
Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас
Он обезумел. Гневно бушевала
Его листва. Сгущалась мгла вокруг.
Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,
Он падал, издавая вздох тяжелый.
Детей внезапно охватил испуг,--
Прижались к матерям, цепляясь за подолы.
И выстрела раздался резкий звук,
Прервав проклятье,
Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок, мальчуган больной,
Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины. Она
Смотрела, ужаса полна.
Как не лишиться ей рассудка!
Все понял, понял все малютка.
-- Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать! --
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо...
-- Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь? --
И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
-- Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты
вольно.
Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно.--
И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!
Гром грянул. Ветер свистнул в тучах.
Заплакала земля в тоске глухой,
О, сколько слез, горячих и горючих!
Земля моя, скажи мне, что с тобой?
Ты часто горе видела людское,
Ты миллионы лет цвела для нас,
Но испытала ль ты хотя бы раз
Такой позор и варварство такое?
Страна моя, враги тебе грозят,
Но выше подними великой правды знамя,
Омой его земли кровавыми слезами,
И пусть его лучи пронзят,
Пусть уничтожат беспощадно
Тех варваров, тех дикарей,
Что кровь детей глотают жадно,
Кровь наших матерей...