Если Алексей Навальный думает, что, обвинив президента России в своём отравлении в интервью немецким журналистам и пообещав вернуться, он стал политиком всероссийского масштаба, то жестоко ошибается. На самом деле его роль почти отыграна: он уже сделал всё, что нужно "западным партнёрам". И может уходить в небытие. Своё первое интервью после известных событий Алексей Навальный дал журналистам известного немецкого издания Der Spiegel. Главным в этой беседе стало его заявление, будто бы президент России лично причастен к его отравлению: Я утверждаю, что за этим преступлением стоит Путин, и у меня нет других версий произошедшего. Признаться, я надеялся, что мне не придётся писать о Навальном – этот человек и его деятельность вызывают у меня только брезгливость. Но дело далеко зашло – из провокатора упорно лепят политика и даже противника российского президента. С ним встречается канцлер Германии, его показывают в новостях, интернет обливается слезами над трогательными письмами жене... И всё это только для того, чтобы обвинить Россию в нарушении международных соглашений по химическому оружию и оправдать очередной пакет санкций. Амплуа "мальчик для отравления" – это такая "пробирка с порошком" Да, обвинить Россию, а не Путина: потому что президент страны и есть олицетворение страны. И никто среди западных лидеров не заблуждается – борьба ведётся не против конкретного человека, который им не нравится, а против страны, которую он возглавляет. Провокация и ложь – естественные приёмы этой борьбы. Причём правдоподобием, в общем, никто уже не заморачивается: "хайли лайкли", и так сойдёт.

Навальный обвинил Россию, а не Путина: потому что президент страны и есть олицетворение страны. Как согласуется версия о том, что Путин виновен в попытке отравления Навального, и реальные действия российского государства в этой истории? Да никак. Хороша попытка убийства, после которой самолёт с "отравленным" экстренно сажают и спасают его жизнь в больнице скорой помощи, а потом, невзирая на карантин, разрешают отправить лечиться в Германию, зная и прекрасно понимая, что ничем, кроме информационной атаки на Россию, эта отправка обернуться не может. Зря отправили, кстати: информационная атака оказалась хорошо подготовленной и долгоиграющей. "Отравление" Навального чем-то таким, что известно как боевое отравляющее вещество, теперь рассматривается западной пропагандой не больше и не меньше, как применение химического оружия, – что означает нарушение Россией соответствующих международных договоров и, следовательно, законный предлог для санкций. Почему на Западе с некоторых пор так любят использовать в качестве предлога именно химоружие, вопрос для меня тёмный. Но – любят. Помните, как трясли на заседании Совбеза ООН пробиркой с белым порошком (оказавшимся в итоге стиральным), собираясь атаковать Ирак? А провокации в Сирии, обвинения против Башара Асада в применении химического оружия? И никакие доводы о том, что нет, не применяли, не было и быть не могло – не обсуждались. Элементарные вопросы о доказательной базе и алогичности происходившего даже не ставились. Просто незачем. "Диктатор – химия – возмущение всего прогрессивного человечества" – логическая цепочка, в конце которой санкции.

Навальный признался в любви к канцлеру Германии, а Макрон роняет свой статус до уровня Тихановской – до уровня пустого места. Да, а Навальный-то что же? А ничего. Его политический путь завершён. Выяснилось, что вся карьера "миноритарного акционера "Аэрофлота", борца с коррупцией, основателя одноимённого фонда, кандидата в мэры Москвы и лидера полуподпольной партии, митингового борца и вожака ("Куда вы прёте, бараны?!" – извините, цитата обрезана из-за нецензурной лексики в полном варианте) и, наконец, блогера – всё это было нужно лишь для того, чтобы в итоге показать парня больным, заявить, что он был отравлен боевым ОВ и обвинить Россию в нарушении международных соглашений. Всё, ничем больше Навальный никогда не будет. Он – не "тот парень, который не боится", каким ему хочется быть, судя по интервью "Шпигелю". Он – тот парень, которого травили "Новичком". Или не травили. Или недотравили. Или который врал, что его отравили. В этом качестве он может ещё довольно долго болтаться по страницам жёлтой прессы. Но перейти с этого уровня в статус серьёзного политика, который претендует на власть, – невозможно. Понятно, что сам он так сейчас не думает. Возможно, даже его хозяева (а это, кстати, важный момент: теперь он не может даже притворяться независимым политиком, у него есть хозяева, про которых все знают) этого ещё не понимают. Возможно, они ещё полагают, что его можно будет в дальнейшем использовать в России, потому с ним так и носятся (и, кажется, потому он и жив, так-то и мёртвый бы сгодился). Мавр сделал своё дело, мавр может гулять смело Технология, которую сейчас применяют западные лидеры в отношении России и Белоруссии, довольно известна. Суть её в том, чтобы поднять значение революционеров для их сторонников и широких слоёв населения за счёт значения самих западных лидеров. Если сам канцлер Германии или президент Франции или, тем более, президент США встречается и пожимает руку этому человеку – значит, этот человек что-то собой представляет. Если множество западных стран признаёт человека по фамилии Гуайдо президентом Венесуэлы – стало быть, это и вправду президент Венесуэлы. Однако именно на Гуайдо технология дала сбой – и сбой оказался системным. Выяснилось, что формальное признание и неформальная помощь Запада не гарантируют приход к власти обласканного персонажа. Не гарантирует даже формирование правительства в изгнании. Персонаж, признанный Западом, но не признанный на родине, сходит в небытие. История с Гуйадо, однако, видимо, была сочтена досадным казусом. А зря. Сейчас лидеры объединённой Европы встречаются со Светланой Тихановской. Она начала формировать правительство в изгнании (которое почему-то называет "теневым правительством" – видимо, по неграмотности). Президент Франции лично... Полагая, очевидно, что таким образом поднимает её статус до собственного уровня. Но на самом деле он роняет свой статус до уровня Тихановской – до уровня пустого места. По замыслу архитекторов революции, из встречи с одним из президентов Европы должна возникнуть новая легитимность. Возникает только ощущение беспомощности: ну да, они не признают Лукашенко и общаются с Тихановской, но президент Белоруссии именно Лукашенко и, как сказал верховный комиссар ЕС по иностранным делам, мы вынуждены принимать это во внимание. И с Навальным та же история. Ну, хорошо, он признался в любви к канцлеру Германии, которая как-то особенно ласково поправила ему, несчастному, подушку. Все рыдают от умиления. Ну, он имел беседу с канцлером Германии. Что, это подняло его до уровня российского лидера, партнёра западных стран? Нет, это просто маркировало его как агента, который встречается со своим куратором у всех на глазах – терять нечего, всё равно раскрыт. И канцлер Германии вовсе не придала Навальному значимости этой встречей. Наоборот, спустилась на уровень человека, который в России что собой представляет? Ну, в самом деле, что? Да ничего собой не представляет, если чем-то раньше и был, то теперь – не более чем фишка, которую уже использовали. С которой обычно как поступают? Снимают с доски. источник Геополитика