Кристина Светлая

Есть герои, чьи имена становятся нарицательными, чьи судьбы прочитываются заново каждым поколением. Анна Каренина — из их числа. Это не просто персонаж, это целая вселенная чувств, трагедия, выкованная на пересечении страсти и долга, живой плоти и ледяных условностей. Чтобы понять ее, недостаточно следить за сюжетом — нужно вглядеться в нее, в каждый штрих, оставленный рукой Толстого, и услышать отзвук ее шагов в бессмертных кинокадрах. Обратимся сначала к первоисточнику, к тому единственному и неповторимому образу, что родился в яснополянском кабинете. Возраст Анны — цветущая зрелость. Ей около тридцати, возраст, когда юность еще не ушла, но уже обогатилась опытом и силой. «...для вас, для молодой, хорошенькой женщины, еще рано в эту богадельню», — говорит ей графиня Лидия Ивановна, и мы верим... Анна полна жизни. Ее красота — не холодный мрамор, а трепетное пламя. Вронский, встретив ее взгляд в вагоне, видит не просто «очень красивую» женщину из высшего света. Он замечает сдержанну