Ольга Возмилова

Нина Павловна всегда считала, что смысл жизни заключается в самоотдаче. Всю свою сознательную жизнь она посвятила детям. После ухода мужа она тянула Олега и Марину одна, работая на двух работах, забывая о новых платьях, отдыхе и собственных желаниях. Каждый заработанный рубль шел на репетиторов, модные кроссовки для сына или красивое выпускное платье для дочери. Дети выросли, обзавелись своими интересами, но привычка брать, ничего не отдавая взамен, укоренилась в них слишком глубоко. Нина Павловна старалась не замечать холода в их глазах и редких, сухих звонков по праздникам. Она жила в своей просторной, светлой квартире, бережно протирая пыль с полок и ожидая, когда же в коридоре раздадутся родные шаги. Однажды осенним вечером Олег и Марина приехали к ней в гости без предупреждения. На столе быстро появились чай и домашнее печенье, но дети были напряжены и явно пришли с заготовленным планом. — Мама, мы тут посоветовались и решили, что тебе пора менять образ жизни, — начал Олег, раз

СОБИРАЯ РЕДКИЕ КОРЕНЬЯ В ГЛУХОЙ ТАЙГЕ, ТРАВНИЦА НАТКНУЛАСЬ НА ПРОПАВШИЙ ВЕРТОЛЁТ БОГАТОГО ЧЕЛОВЕКА… А КОГДА ЗАГЛЯНУЛА ВНУТРЬ, У НЕЁ ПОДКОСИЛИСЬ НОГИ Анна Сергеевна уходила в лес всегда рано, ещё до того, как над деревней как следует светлело небо. В этот час мир был тихим, будто не проснулся до конца, и только старая калитка у её дома скрипела по-особенному жалобно, словно каждый раз спрашивала: «Опять одна?» Анна на такие вещи давно внимания не обращала. Привыкла. Ко многому привыкла. К тишине в доме. К одиноким вечерам. К тому, что зимой нужно самой колоть лёд у колонки, а летом — самой поправлять перекосившийся забор. К тому, что в деревне люди то уважают её, то посмеиваются, называя знахаркой, хотя никакой знахаркой она себя никогда не считала. Она просто знала травы. Знала, когда лучше собирать зверобой, а когда силу набирает душица. Знала, где в овраге растёт корень, помогающий от бессонницы, где на сырой поляне искать нужный лист для заживления ран, а где лучше не трогать ни

— Галь, зайди на минутку! Галина остановилась у калитки соседки. Марина Петровна уже выходила из дома с мешком картошки. — Возьми, милая. Моя в погребе копалась, набрала тебе. — Спасибо огромное, тётя Марина. Как только получу зарплату, обязательно верну. Пожилая женщина махнула рукой: — Куда ты вернёшь? Раньше надо было мозгами думать, когда троих рожала. Петька твой никогда путным не был. Галина сжала зубы и промолчала. До зарплаты оставалась неделя, дома ждали трое голодных ртов, а в холодильнике — только молоко. Приходилось глотать обиду вместе с благодарностью. Петька, её бывший муж, ушёл год назад. Узнал, что на троих детей государство не даёт ни машину, ни квартиру, собрал вещи и заявил, что в такой нищете жить не намерен. — Петь, ты что несёшь? — тогда выронила Галина тарелку прямо в раковину. — Ты же мужик! Иди работай нормально, и не будет никакой нищеты. Это твои дети! — Я хотел детей, но не знал, что государство так относится к многодетным, — буркнул он. — Работать в никуда