Людмила Карпова (Самсонова)

Ржаная корочка

Живёт семья: муж, жена, ребёнок шести лет. У ребенка сложности со здоровьем. Требуется реабилитация — и этим занимается жена: бассейн, логопед, массаж, гимнастика и прочее.
Муж — упырь. Качественный, со знаком отличия. «Я вас всех содержу, дармоеды», «родила мне сына с браком» и тому подобное. Жена отчитывается за потраченные средства. Деньги выдаются только на то, что он считает нужным. Сразу предупредил: решишь развестись — ни копейки из меня не вытянешь.
Две просторные московские квартиры, купленные в браке, оформил на свою маму. Машины зарегистрированы на фирму, загородный дом оформлен на его дальнего родственника, работающего у него же в фирме, — в общем, концов не найдёшь.
Сама жена из провинции. Поселок городского типа, Мордовия. Можно легко представить, каково там с реабилитацией сложного ребенка. Из родственников — хромоногая тётка, которая в свое время выпихнула девчонку поступать в столичный институт. Та готовилась, поступила, закончила педагогический и вышла замуж.
Мама мужа — старушка из воцерковленных. Вся из себя кроткая и смиренная. Смотрит голубоглазо, говорит сладко, в разговоре через слово ссылается на праведников и цитирует жития святых. Семью сына принимает у себя трижды в год, по праздникам, и всякий раз объясняет жене: «Для женщины главное — свою деточку любить!» Крохотную квартирку превратила в келью: белые стены, белые занавесочки, аскетизм и питание ржаной корочкой. В общем, яблочко от яблони недалеко упало.
И вот через шесть лет такой жизни жена, доведённая до предела, забирает ребёнка и уходит со словами «лучше мы под забором сдохнем, чем с тобой, вурдалаком, ещё хоть день проживём». На пару недель их пускает пожить к себе ее подруга. Жена бегает по собеседованиям, пытаясь найти работу, которую можно совмещать с уходом за ребёнком, параллельно берётся мыть подъезды, чтобы хоть что-то заработать, и ищет угол, где можно жить вдвоём.
И тут на сцену выходит старушка. Тихая бабушка в платочке.
Одним лёгким движением руки эта кроткая женщина переписывает первую квартиру — на жену, вторую квартиру — на ребёнка. А когда ошеломленный и взбешенный сын является к ней, она кротко отвечает на его ор: «Но ведь я всегда говорила: главное — это деточку любить. Наша деточка маленькая и больная. Ну ничего, сейчас они одну квартирку продадут, денег им хватит надолго, даст Бог, всё наладится». Сын орет: «Я — твоя деточка!» «Какая же ты деточка, — удивляется старушка. — Ты — взрослая детина. Ничего, себе ещё заработаешь».
И смотрит голубоглазо. И ржаную корочку жуёт.
А вы говорите, яблочко от яблони.
Елена Михалкова