Соколова Людмила

Вы наверняка замечали, что магазинное молоко не превращается в простоквашу, как должно, когда постоит в тепле или с открытой крышкой какое-то продолжительное время. В народе бытует мнение, что это происходит из-за замены молочного жира, которое на заводах забирают для сметаны или сыров, пальмовым маслом, а «пальма» не киснет, а тухнет, поэтому вместо простокваши со временем в бутылке образуется горькая жидкость с немолочным и чрезвычайно неприятным запахом. То, что в молоко и молочную продукцию у нас льют пальмовое масло, ни для кого не новость. Этого в принципе никто особо и не скрывает – заменять молочный жир пальмовым маслом у нас не запрещено, другое дело, что после такой замены продукт не имеет права называться молоком, а должен носить название молочного напитка или что-то в этом роде. Однако недобросовестные производители часто заменяют молочный жир пальмовым маслом, не сообщая о факте подмены на этикетке. Делать им это чрезвычайно выгодно. Условно говоря, стоимость 1 г животного

Никогда не было и вот опять(с) на полках российских магазинов обнаружены тонны фальшивого сыра и масла, сообщает "Парламентская газета" с ссылкой на результаты исследования Роспотребнадзора. Хотя точнее будет говорить не о тоннах фальсификата, а о тысячах тонн с учетом того, что почти каждая пятая упаковка масла или сыра в стране оказались фальшивкой. При этом доля фальсификата ежегодно растет: По данным ведомства, в 2025 году доля поддельной молочной продукции на российских прилавках оказалась рекордно высокой за последние годы. Так, по результатам лабораторных исследований, в 2022 году доля фальсификата составила 14,68 процента, в 2023 году — 12,04 процента, в 2024 году — 13,09 процента, то в 2025 году уже — 17,68 процента. Особенно постарались производители так называемого сыра для пиццы — 45% подделок. На втором — масло сливочное (эконом-сегмент), 30%, на третьем — уже упомянутые выше сыры Гауда и Эдам (эконом-сегмент), 28%, на четвертом — молоко ультрапастеризованное, 23%. На пято

В 2026 году в России обновляется мрачный рекорд, о котором не принято говорить вслух на официальных брифингах. Каждый месяц, в среднем, под стражу отправляется один с четвертью вице-губернатора. Это не статистическая абстракция — это живые судьбы, карьеры, разрушенные семьи и, что важнее, вопрос о самом фундаменте государственного управления. Десятилетний срез, подготовленный «Ведомостями» на основе открытых данных силовых структур и сообщений СМИ, рисует картину, которая перестаёт укладываться в рамки «отдельных перегибов на местах». Пятьдесят действующих и бывших заместителей глав регионов, оказавшихся под уголовным преследованием с 2016 года, — это уже не эпизоды, это система. И главный вопрос, который возникает при взгляде на эти цифры, звучит не «кто следующий?», а «где та грань, за которой сама система управления теряет способность к воспроизводству?». Динамика последних лет заставляет задуматься о качественном изменении природы этих процессов. Если в 2016 году, когда было зафикс