Михаил Сиденко

Если честно, я перечитала «Мастера и Маргариту» раз пять. И каждый раз ловлю себя на одном и том же странном чувстве: мне симпатичны те, кому симпатизировать не положено. Не Иешуа. Не Мастер. Не добросердечные москвичи. Мне нравится свита. И я давно подозревала, что это не случайность и не моя испорченность. Это — замысел. Булгаков выстроил троицу своих демонов так, чтобы каждый из них был зеркалом. Не злодеем. Не соблазнителем. Именно зеркалом — в котором отражается то, что люди предпочитают в себе не замечать. И вот это по-настоящему неудобно. Начнём с самого очевидного и самого страшного. Азазелло в романе описан коротко, но так, что не забудешь: «маленький, но необыкновенно широкоплечий, в котелке на голове и с торчащим изо рта клыком, безобразящим и без того невиданно мерзкую физиономию». Никакой двусмысленности. Никакого обаяния в обёртке. Зато в Ветхом Завете — совершенно другая история. Согласно апокрифической книге Еноха, Азазель — это падший ангел. Он подарил людям оружие и