Андрей Назаров

Сорокапятка пробила бортовой лист немецкого тяжёлого танка с 350 метров. Трёхдюймовка Т-34 по тому же листу с двухсот метров пробития не дала. Одна и та же броня, одна и та же неделя апреля 1943 года, один и тот же полигон. Разница между двумя этими строчками отчёта стоила Красной армии целого пакета срочных решений, и первое из них подписали через четыре недели. Два «Тигра» из 502-го тяжёлого танкового батальона достались Красной армии под Ленинградом в январе 1943 года, в ходе операции «Искра»: первую машину захватили 14 января, вторую через несколько дней. А к апрелю обе машины стояли на Научно-испытательном бронетанковом полигоне под Кубинкой. Зачем полигону сразу две одинаковые машины? Распорядились ими по-разному. Танк с башенным номером 121 назначили мишенью и проверяли на стойкость брони. Машину с номером 100 оставили целой и стреляли из неё самой, чтобы понять, что немецкая 88-миллиметровая пушка делает с советской бронёй. Вот здесь стоит назвать ставку, и она не в области дог