Светлана Бучнева

10 месяцев. Возраст, когда собака ещё ребёнок: доверчивая, живая, тянется к людям, верит каждому шагу рядом. Её привязали. И ушли. Рядом — пакет. В пакете записка: «Собака семьи Смагиных». Как будто это не живое существо, а вещь с биркой. Как будто достаточно подписи, чтобы снять с себя совесть. Говорят, её «отдали на передержку», а потом просто перестали выходить на связь. И самое страшное: хозяин искал человека, который бы… уб*ил собаку. Вслушайтесь. Не «пристроить». Не «помочь». Не «найти хорошие руки». А — «уб*ить». О чём это говорит? Это не про одну семью и не про одного добермана. Это лакмусовая бумажка общества. Это момент, когда становится видно, сколько в нас человеческого — и сколько уже сгнило. Потому что там, где можно вот так, спокойно, оставить щенка на поводке у подъезда, там ломается не только судьба животного. Там ломается то, что держит людей вместе. Что происходит с собакой после такого? Она не понимает, за что её наказали. Она ждёт. Первые минуты — тянется к дв