Николай Койло

В истории войн есть вещи, которые нельзя спутать ни с чем. Немецкий офицер, попавший на Восточный фронт, писал в мемуарах: «В ближнем бою русский чувствовал свое превосходство, особенно в штыковой атаке». Американцы и англичане, воевавшие с японцами, знали, что те тоже хороши в рукопашной. Но русские — особенные. Почему? Потому что у них за спиной веками стояло одно: «Пуля — дура, штык — молодец». Перебирая военные архивы и воспоминания противников, вылавливаешь одни и те же детали, которые всплывают снова и снова. Расскажу о тех вещах, которые действительно отличали русского солдата в бою. В Европе к штыку относились утилитарно — примкнул, чтобы отбить атаку кавалерии, и ладно. В России штык учили любить. Слова Суворова — не просто цитата из учебника. Это программа выживания. Ещё в XVIII веке русские егеря делали то, что казалось европейцам безумием: подпускали врага на полтораста шагов, давали залп и тут же шли в штыки. Французы, у которых солдат было втрое больше, бежали. В чём сек