Галина Савельева

Сани князя Владимира Всеволодовича, прозванного Мономахом, без спешки скользили по льду замершей на зиму реки Волги. Князь объезжал свои северные владения. Вдруг на горизонте появился всадник – гонец от великого князя Киевского Святополка Изяславича и его союзников. «Поспеши к нам, и выгоним братьев Ростиславичей и земли их отнимем» - гласило письмо. Мономах горестно вздохнул: «Жаден Святополк. До денег корыстен – весь Киев отдал чужеземцам-ростовщикам. До земель ненасытен – вечно норовит урвать что-нибудь у собратьев-князей. Вот и сейчас, - хотя недавно клялся в вечном мире братьям Ростиславичам и по обычаю целовал на том крест, начинает усобицу». Князь повернулся к гонцу: «Передай братьям моим. Хоть вы и гневаетесь, не могу я ни с вами пойти, ни крестное целование преступить». Горько было видеть, как Русскую Землю раздирают княжеские усобицы. Владимир раскрыл любимую книгу Святого Писания – Псалтирь. И вот что прочел: «Не соревнуйся с лукавыми, не завидуй творящим беззаконие, ибо лу

22 июня 1941 года, половина двенадцатого дня. Шестилетняя Валя Талызина упиралась изо всех сил, не желая уходить из детского сада в белорусских Барановичах. Отец тащил её за руку, а она кричала и сопротивлялась – знала, что родители поссорились, не хотела идти с ним. Над городом уже летали немецкие самолёты. Ровно через час, в половине первого, в этот детский сад попала бомба. Фашисты целились во всё красное – приняли красные грибочки во дворе за военный объект. Валентина запомнила этот день на всю жизнь. Как и то, что отец спас ей жизнь. КРОВЬ МИРЗЫ И ПАНА ГАЛИЦКОГО "Когда Иван Грозный присоединил Казань, там жил Мирза Кучук Толгат Дызин", – рассказывала Талызина, восстанавливая по крупицам свою родословную. – Смышлёный парень принял православие и стал Яковом Талызиным. Его потомки влились в русскую знать, а в 1801 году на квартире генерал-лейтенанта Талызина в Петербурге собрались заговорщики, решившие судьбу императора Павла I". (Мирза – это титул в татарской знати, примерно соотве