Людмила Степанова

Левое колено простреливало так, будто внутрь сустава загнали раскаленный гвоздь и теперь медленно, с садистским удовольствием поворачивали. Елена Викторовна перенесла вес на правую ногу, стараясь сохранить лицо и не поморщиться. Обивка дивана, на который ее усадили, была из неприятной, скользкой экокожи, холодящей даже через плотную ткань юбки. Эта мебель предназначалась для молодых, дерзких и здоровых — тех, кто влетает в офис пружинистой походкой, падает с размаху и так же легко вскакивает. Для нее этот низкий, бесформенный диван был настоящей ловушкой, капканом, из которого невозможно выбраться без посторонней помощи. Она провела ладонью по хромированному подлокотнику — металл был ледяным и чужим, на нем мгновенно остался мутный след от ее теплой руки. Дверь кабинета распахнулась, но никто не вышел ее встречать. — Мам, ну заходи, у меня десять минут, потом зум с инвесторами! — голос сына звучал так, словно он говорил через силу, делая огромное одолжение. Максим даже не потрудился в