Ольга Дударь (Риппа)

Когда трудно в деле, ничего не получается. Когда страшно и не знаешь, как быть.Когда нужно принять решение. Знаете, порой так хочется сказать Богу что‑то важное — а слов не хватает. В такие минуты меня всегда выручает Псалтирь: там уже всё сказано, и сказано — точно в сердце. Святые отцы не зря называли её «книгой жизни»: в ней найдётся слово на любой случай. Давайте вместе посмотрим на десять коротких, но сильных молитвенных возгласов из псалмов — таких, чтобы можно было запомнить и повторять в нужный момент. 1. Когда страшно и не знаешь, как быть «Господь — свет мой и спасение моё: кого мне бояться? Господь крепость жизни моей: кого мне страшиться?» (Пс. 26:1). Святой Иоанн Златоуст напоминал: «Кто имеет Бога своим светом, тот не видит тьмы». Повторяйте эти слова — и страх отступит. 2. На начало дня «Господи, прежде даже до конца не погибну, спаси мя» (Пс. 118:175). Преподобный Серафим Саровский учил начинать день с молитвы: «Рано утром, встав от сна, ещё на постели, перекрестись с

Нейрофизиолог с мировым именем потратила десятилетия на изучение самого пугающего феномена. И её выводы перевернули представления о последних минутах жизни В 2008 году, за несколько дней до своей смерти, 84-летняя Наталья Петровна Бехтерева сказала фразу, от которой становится не по себе: «Люди оболгали смерть. Конец не такой, каким его представляют. Страшна не смерть, а умирание... Я — не боюсь». Это заявление прозвучало из уст женщины, которая полвека исследовала человеческий мозг. Академика РАН, руководителя Института мозга человека, автора более 360 научных работ. Человека, который всю жизнь искал рациональные ответы на иррациональные вопросы. Что же она узнала о смерти? И почему перестала её бояться? Родиться Бехтеревой — значит нести бремя великого имени. Её дед, Владимир Михайлович Бехтерев, был одним из основателей нейрофизиологии в России. О нём говорили: «Анатомию мозга прекрасно знают только двое: Бог и Бехтерев». Но судьба деда была трагичной. В декабре 1927 года, через де

Анекдот для начала: «Приходит Моня Циммельман из школы в слезах, жалуется, что его опять обозвали ж… мордой. А мама ему говорит: Привыкай, сынок: в школе, в институте, на работе ты всегда будешь ж… мордой. Зато когда получишь Нобелевскую премию, тебя назовут великим русским ученым!» Теперь вы понимаете, в чем одна из причин неприятия евреев — они слишком умные. И это подтверждают научные исследования. Действительно, среди евреев процент людей с высоким интеллектом в среднем выше, чем у других этносов. 20% нобелевских лауреатов евреи. И в этом кроется еще одна загадка еврейского народа — как им, построившим свое государство только в середине 20 века, удалось сохранить себя, не исчезнув в пучине времени. 1. Официальный язык Израиля — иврит, еще 100 лет назад считался мертвым библейским языком. Он существовал только в письменной речи, но не было никого, кто бы на нем говорил. Однако, с образованием государства в период с 1897 по 1948 годы иврит быстро возродили, благо все слова записаны

Как ни любил Пушкин женщин и поэзию, но порой он забывал и о любовных свиданиях, и расставался с уже написанными рукописями стихов и «Евгения Онегина». Было это в минуты, когда его охватывала сильнейшая страсть, противостоять которой у него не было сил – страсть к карточной игре. Анна Керн, которой Пушкин посвятил «Я помню чудное мгновенье!», вспоминала: «Пушкин очень любил карты и говорил, что это его единственная привязанность». Конечно, в ХIХ веке игра в карты являлась одним из самых распространенных развлечений в среде дворян и интеллигенции. Время за карточным столом коротали молодежь и старики, мужчины и женщины, чиновники, интеллигенция, офицеры. Но если для одних это была забава, или обязанность, к которой необходим прибегнуть, чтобы быть принятым в обществе, то для других это становилось болезненной страстью. Не избежали этого и многие известные поэты и писатели. Игроками в карты были Грибоедов и Лермонтов, Достоевский и Некрасов. Но если одни, как, например, Некрасов, игра