Ирина Викторовна

В 1985 году под паркетом ленинградской квартиры нашли детскую тетрадь. Десятилетняя Злата вела дневник блокады. Последняя запись обрывается 3 декабря 1943 года. Я нашла эту тетрадь сама. Своими руками, в пыли, среди щепок. Был октябрь 1985 года. Мне тогда исполнилось тридцать два, и я работала в ремонтной бригаде, которая занималась капитальным ремонтом старого жилого фонда на Васильевском острове. Дом на 7-й линии, четвёртый этаж, квартира номер семнадцать. Коммуналка, расселённая ещё в семьдесят восьмом. Стены крепкие, потолки высокие, лепнина местами сохранилась. А паркет в дальней комнате вздулся горбом, и мы его снимали. Под третьей от окна паркетиной лежала тетрадь. Обычная школьная тетрадь в клетку, двенадцать листов. Обложка бурая, потемневшая от времени, но буквы на ней читались. Детским почерком, карандашом, с нажимом: "Злата Мишина. Мой дневник. 1941". Я села прямо на пол и начала читать. И не смогла остановиться. Первая запись была датирована 12 октября 1941 года. "Сегодня

— Только за баней не копай. Это были последние слова бабушки, которые Артём запомнил не как просьбу, а как приказ. Она уже лежала в больнице, маленькая, сухая, почти прозрачная на белой простыне. Капельница тихо считала оставшиеся часы. За окном мартовский снег съезжал с больничного козырька тяжёлыми мокрыми пластами. Артём тогда подумал, что бабушка путается. Ей было восемьдесят девять. Последнюю неделю она то звала покойного мужа, то просила закрыть ставни в доме, которого рядом не было, то вдруг спрашивала, не плачет ли телёнок в сарае, хотя телят в их семье не держали уже лет сорок. — Бабуль, какая баня? — тихо спросил он, наклоняясь ближе. Она с неожиданной силой сжала его запястье. — Та самая. За баней не копай. Там дедово. — Что дедово? Она долго смотрела на него мутными, но вдруг страшно внимательными глазами. — Не буди. И больше ничего не сказала. Через два дня Марии Егоровны не стало. А через месяц Артём приехал в посёлок Малые Боры продавать дом. Он не хотел этого делать. Но

Андрей Морозов из Тулы в 2025 году откликнулся на объявление о работе на строительстве АЭС «Руппур» в Бангладеш. Обещали 200 тысяч рублей в месяц и комфортные условия. Реальность оказалась иной. В конце 2024 года по соцсетям и сайтам поиска работы активно публиковались объявления: «Требуются сварщики на строительство АЭС в Бангладеш. Зарплата от 200 000 рублей в месяц. Полный соцпакет, проживание и питание за счет компании». — Работал сварщиком на машиностроительном заводе в Туле за 55 тысяч рублей, — рассказывает 32-летний Андрей Морозов. — Когда увидел такое объявление, сначала не поверил. Но это была официальная вакансия от «Никимт-Атомстрой». В 2017 году Росатом начал строительство атомной электростанции "Руппур" в Бангладеш. Проект масштабный — два энергоблока мощностью по 1200 мегаватт каждый. Для страны с населением более 170 миллионов человек это жизненно важная инфраструктура. Бангладеш испытывает острый дефицит электроэнергии, а строительство АЭС должно решить эту проблему на