Светлана Латышева

5 февраля 1942 года. Ржевский район, глухие леса и снега. Идет одна из самых страшных битв войны. Линия фронта рвётся в клочья. В этой мясорубке затерялась маленькая лесная деревня Афанасово. Она не имела стратегического значения. В ней не было военных заводов. В ней жили люди. И именно поэтому утром 5 февраля ей был вынесен смертный приговор. История этой трагедии — не просто дата в календаре. Это приговор самой сути «нового порядка», который несли с собой оккупанты. Предыстория трагедии типична для жестокой логики карателей. Накануне недалеко от деревни, под мостом, был обнаружен труп убитого немецкого офицера. Кто и почему его убил — партизаны, окруженцы, местные жители — уже не имело значения. Для немецкого командования это был формальный повод, а для карателей — приказ. Утром в деревню вошли не пехотинцы, а танки. Грохот гусениц стал первым похоронным звоном. Солдаты выгоняли людей из изб на трескучий февральский мороз. Не щадили никого: женщин, цеплявшихся за маленьких детей, ста

В школе города Торопца 1 сентября 1945 года случилось то, что не могли объяснить даже видавшие виды учителя. В класс вошла маленькая девочка в форме. На её гимнастерке блестели три награды. Восемь лет. Три боевые медали. Это было настолько невероятно, что взрослые сначала решили: показалось. Но медали висели на груди настоящие, фронтовые. Одна из них — «За боевые заслуги» — давалась только за подвиг на поле боя. Вера Иванова была самой юной воспитанницей Красной армии. И одной из самых отважных. 1941 год. Торопец. Отца-офицера забрали на фронт в первые дни войны. Через несколько месяцев город оккупировали немцы. А в январе 42-го пришло освобождение — и сразу следом похоронка. Мать, Аксинья Васильевна, решила: пойдет мстить за мужа. Пятилетнюю Веру оставить было не с кем. Женщина взяла дочь с собой. В военкомате пошли навстречу. Аксинью определили поваром в штаб 272-го полка. Вера помогала мыть посуду, чистить картошку. Когда подросла — перебралась в медсанбат: стирала бинты, подавала р