анатолий анатолий

Вчера зашёл к соседу Вадиму попросить дрель. Он открыл дверь в домашних штанах, футболке: — Заходи, только что ужинал. Зашёл. Квартира чистая, на кухне пахнет жареной курицей. На столе ноутбук, рядом бокал красного вина. Вадиму пятьдесят один год. Разведён двенадцать лет. Живёт один. Работает инженером, зарабатывает сто сорок тысяч. Я знаю его пять лет — с тех пор, как въехал в этот дом. Ни разу не видел у него женщину. Даже в гостях. Отдал мне дрель, налил виски: — Присядь, раз зашёл. Давно не виделись. Сели на кухне. Выпили. Я спросил: — Вадим, а почему ты один? Не ищешь никого? Он усмехнулся: — Специально не ищу. Знаешь, Игорь, я прожил двенадцать лет один. И понял — мне так лучше. — Почему? Он налил ещё. Откинулся на спинку стула: — Расскажу. Шесть причин. Конкретных. Которые я выстрадал. Вадим начал: — Я развёлся двенадцать лет назад. Был женат восемнадцать лет на Ольге. Дочь у нас есть, сейчас ей двадцать восемь, живёт отдельно. Он сделал глоток: — Развелись из-за её измены. Пойм

Вчера зашёл к соседу Вадиму попросить дрель. Он открыл дверь в домашних штанах, футболке: — Заходи, только что ужинал. Зашёл. Квартира чистая, на кухне пахнет жареной курицей. На столе ноутбук, рядом бокал красного вина. Вадиму пятьдесят один год. Разведён двенадцать лет. Живёт один. Работает инженером, зарабатывает сто сорок тысяч. Я знаю его пять лет — с тех пор, как въехал в этот дом. Ни разу не видел у него женщину. Даже в гостях. Отдал мне дрель, налил виски: — Присядь, раз зашёл. Давно не виделись. Сели на кухне. Выпили. Я спросил: — Вадим, а почему ты один? Не ищешь никого? Он усмехнулся: — Специально не ищу. Знаешь, Игорь, я прожил двенадцать лет один. И понял — мне так лучше. — Почему? Он налил ещё. Откинулся на спинку стула: — Расскажу. Шесть причин. Конкретных. Которые я выстрадал. Вадим начал: — Я развёлся двенадцать лет назад. Был женат восемнадцать лет на Ольге. Дочь у нас есть, сейчас ей двадцать восемь, живёт отдельно. Он сделал глоток: — Развелись из-за её измены. Пойм

Россия попалась на своей доброте: пока в регионах взлетают цены на топливо, беспошлинные тонны горючего утекают к "друзьям" по СНГ. Этот метод покупки расположения давно не работает: доброта и щедрость Москвы воспринимается как должное. "Соседи" прочно присосались к большой бензоколонке под названием "Россия", а сами поглядывают на Запад. Усидеть на двух стульях больше не получится, даёт понять обозреватель Царьграда Иван Прохоров. Россия продолжает выступать топливным спонсором постсоветских режимов, пока дома растут цены на бензин и дизель, а АЗС вводят ограничения в стиле "не больше 20 литров в одни руки". Москва кормит чужие экономики, когда собственная уже переходит на режим экономии. Льготы, кредиты, списания долгов - всё ради стран, которые в ответ всё чаще заигрывают с недружественными Москве режимами. Россия поддерживает соседей себе во вред - но стоит ли эта игра свеч? - задаётся вопросом обозреватель Иван Прохоров. Ответ очевиден: нет. Немного цифр: Киргизия получает ежегодн