Николай Мельник

Вы наверняка слышали эту историю. Есть холестерин плохой. И есть хороший. Первый забивает сосуды, второй их защищает. Так нас учили последние лет тридцать. На этом знании построены диеты, миллиардные продажи лекарств и куча страхов. А теперь новость, от которой у диетологов и кардиологов до сих пор чешутся затылки. Оказывается, все не так просто. Даже наоборот. То, что мы называли хорошим холестерином, в некоторых случаях ведет себя отвратительно. А плохой... ну с ним вообще вышла забавная история. Давайте по порядку. Только без заумных слов и нравоучений. Я сам человек, которому надоело разбираться в этих ЛПВП и ЛПНП, липопротеинах и триглицеридах. И главное – почему через каждые пять лет ученые говорят прямо противоположное тому, что говорили раньше. Пятидесятые годы прошлого века. Америка. У президента Эйзенхауэра сердечный приступ. Потом еще один. Вся страна в шоке. Сердечно-сосудистые заболевания косят мужчин среднего возраста как траву. Никто не понимает почему. И тут появляетс

Вы наверняка слышали эту историю. Есть холестерин плохой. И есть хороший. Первый забивает сосуды, второй их защищает. Так нас учили последние лет тридцать. На этом знании построены диеты, миллиардные продажи лекарств и куча страхов. А теперь новость, от которой у диетологов и кардиологов до сих пор чешутся затылки. Оказывается, все не так просто. Даже наоборот. То, что мы называли хорошим холестерином, в некоторых случаях ведет себя отвратительно. А плохой... ну с ним вообще вышла забавная история. Давайте по порядку. Только без заумных слов и нравоучений. Я сам человек, которому надоело разбираться в этих ЛПВП и ЛПНП, липопротеинах и триглицеридах. И главное – почему через каждые пять лет ученые говорят прямо противоположное тому, что говорили раньше. Пятидесятые годы прошлого века. Америка. У президента Эйзенхауэра сердечный приступ. Потом еще один. Вся страна в шоке. Сердечно-сосудистые заболевания косят мужчин среднего возраста как траву. Никто не понимает почему. И тут появляетс