Что делать, когда благие намерения ведут к настоящей войне? В нашей любимой деревне из цикла «Чудная наука» накопилось столько «правды», что она готова разорвать её на части. Смогут ли герои найти выход, или это конец их дружбе и спокойной жизни?


1. Утро. Дорога на Зубарево.
Председатель из Глухово, Степан Анисимов, сплюнул в дорожную пыль. Нога гудела. Уже час они шли пешком в это проклятое Зубарево, будто паломники к святым мощам. За спиной сопели двое его самых крепких мужиков, теперь похожих на побитых собак.
— Говорят, они там с наукой договорились, — сказал один.
— С какой наукой? — проворчал Анисимов. — У них там три науки, и все три друг с другом воюют. Слыхал я. Но у нас мор, и ветеринар молится. Так что пойдём к раскольникам. Может, хоть один из их богов нам поможет.
________________________________________
2. Зубарево. Огород Кузьминых.
— Опять ты этой химией поливаешь! — кричала Нюрка Кузьмина на мужа. — Митрофана наслушался! У нас от его «прогресса» земля в камень превратилась!
— А ты Дарьиных нашептываний наслушалась! — огрызался муж, держа ведро с белесым раствором. — Травой от всего не вылечишь! У Игнатьевых от её припарок все куры передохли!
— Не от припарок, а оттого что их Петька-студент заставил им графики сна составлять! Они от стресса сдохли!
Ведро с грохотом полетело на землю. Соседский пёс зашёлся истеричным лаем. Деревня уже не спорила. Она визжала.
________________________________________
3. Крыльцо Ивана Петровича.
Иван сидел на крыльце и строгал черенок для лопаты. Он пытался сосредоточиться на простом, вечном деле, но не мог. Воздух был наэлектризован.
Мимо прошла Дарья, его жена, с корзиной, полной горько пахнущих трав. Она не сказала ни слова, но во взгляде её была сталь. Она шла на свою «войну».
Чуть позже проковылял Митрофан, что-то бормоча под нос про «загрязнение выборки» и «нарушение чистоты эксперимента». Они больше не были друзьями-чудаками. Они были генералами враждующих армий. Иван чувствовал себя дезертиром на своей же земле.
________________________________________
4. Прибытие.
Когда делегация из Глухово вошла в деревню, их встретила оглушительная тишина. Но это была тишина перед грозой. Стоило Анисимову изложить свою беду с коровами первому встречному — Ивану, — как из всех дворов, будто по сигналу, стали стягиваться люди.
— Тут комплексный анализ нужен! — первым подскочил Митрофан. — Пробы молока, корма, воды!
— Животину жалеть надо, а не пробами тыкать! — отрезала подошедшая Дарья. — Отваром поить, из семи трав!
— А вы учитываете геомагнитные возмущения? — высунулся Петька с блокнотом. — Я как раз пишу работу о влиянии солнечных вспышек на лактацию!
Председатель Анисимов смотрел на них, и лицо его медленно приобретало цвет дорожной пыли. Он пришёл за лекарством, а попал в сумасшедший дом.
________________________________________
5. Сходка. Точка кипения.
Вечером на поляне у реки было не протолкнуться. Но это была не сходка, а суд. Обвиняли всех и вся.
— ...из-за твоей кислоты весь чернозем выжгло!
— ...а твои травки от новой гнили не спасли!
— ...хватит жить по бабкиным сказкам!
— ...хватит травить землю по книжкам!
Крики, ругань, взаимные упреки. Сходка не решала проблему. Сходка была самой проблемой. Она закончилась ничем. Люди расходились по домам, озлобленные, разбитые на лагеря. Тишина, наступившая после, была страшнее любого крика.
________________________________________
6. Ночь. Исход.
Председатель Анисимов и его мужики сидели у околицы. Вдруг из темноты к ним подошла Дарья. Молча протянула туго набитый мешочек, от которого пахло полынью и чабрецом.
— На ведро воды запаривать. Понемногу в пойло, — тихо сказала она и исчезла.
Не успели они прийти в себя, как с другой стороны появился Митрофан. Он неловко сунул Анисимову стеклянную бутыль с какой-то жидкостью и листок бумаги.
— Строго по инструкции. Десять миллилитров на ведро. Не больше! — пробормотал он и тоже скрылся в темноте.
Пока Анисимов растерянно смотрел то на мешок, то на бутыль, из тени вышел Петька-студент.
— Я тут вам график приливов и отливов набросал, — зашептал он. — Давайте коровам на ночь...
Председатель и его люди сидели в ступоре. У их ног лежали три взаимоисключающих спасения.
________________________________________
7. Рассвет. Точка невозврата.
Иван Петрович нашёл их на рассвете. Он подошёл, молча взял у Анисимова пустую флягу, сходил к колодцу и наполнил её.
— Дорога дальняя, — просто сказал он.
Председатель из Глухово посмотрел на Ивана, потом на дары, лежащие у его ног. И вдруг его лицо дрогнуло в кривой усмешке. Он понял.
— Спасибо, Петрович, — сказал он, поднимаясь. — Мы теперь, кажется, знаем, что делать.
— И что же? — спросил Иван.
— Пробовать, — ответил Анисимов. — Будем пробовать всё подряд. Может, сдохнут. А может, какая-нибудь из ваших наук и окажется настоящей. Или все сразу.
Он уходил, а Иван смотрел ему вслед. Зубарево прошло свою точку невозврата. Оно больше не искало одну истину. Оно стало перекрестком, где все истины вынуждены были как-то уживаться вместе. И это было началом нового, куда более сложного цикла.
________________________________________
Вот так и в жизни: иногда самая верная правда — это признать, что единственно верной правды не существует. А вам приходилось оказываться меж двух огней, когда правы обе стороны? Поделитесь в комментариях!
Не пропустите предыдущую историю цикла: Женский батальон 

#ЧуднаяНаука #Рассказ #Наука #Эмоции #Истории #Одноклассники