Лена Воропай

Соседская кошка царапалась в дверь третью ночь подряд. Михаил просыпался от этого звука – скрежет когтей по дереву, потом тишина, и снова. Выходил на крыльцо с фонариком, светил в темноту. Никого. Только кусты сирени шевелятся от ветра, и где-то вдали собаки брешут цепные. – Да что ж ты за напасть такая, – бормотал он, кутаясь в халат. Жена спала, укрывшись с головой одеялом. Она вообще плохо слышит по ночам, у неё ещё с молодости с ушами проблемы. Михаил и вату в уши засовывал, и подушкой накрывался – нет, этот звук прошивал насквозь. Тоскливый такой, отчаянный. Утром вышел на крыльцо с кружкой чая. Оглядел двор – всё как обычно: Сашкин мяч под скамейкой, инструменты в сарае прибраны, бельё на верёвке сохнет. И вдруг видит: под окном спальни, прямо на земле, следы. Маленькие такие, кошачьи. И на подоконнике – царапины свежие, глубокие. – Ну погоди, – сказал он в пустоту. – Попадёшься мне. Соседка тётя Зоя через забор выглянула: – Михаил, ты чего там колдуешь? – Да кошка чья-то спать н