Надежда Корсунова

Представьте человека, которого в 22 года врачи фактически списали. Авария, клиническая смерть, кома, несколько операций - и костыли как постоянные спутники жизни. Большинство в такой ситуации смирилось бы. Сергей Бубновский не смирился. Он поступил в медицинский, 30 лет экспериментировал на собственном теле, создал метод кинезитерапии и в свои 70 лет выглядит бодрее, чем многие сорокалетние. Сегодня у него сеть центров реабилитации, профессура в РУДН и репутация человека, который поднимает с постели тех, кого другие врачи уже отправили доживать. Его главная мысль про возраст - короткая и неудобная: «Старость - это не возраст, а потеря мышечной ткани». То есть дело не в паспорте, а в том, что вы позволили своим мышцам делать (или не делать) последние двадцать лет. Бубновский - противник кулинарных изысков. Его любимая поговорка звучит именно так: «Пища проста - доживёшь до ста». Никакого снобизма в стиле модных продуктов, никаких протеиновых коктейлей с экзотическим составом, никаких

— Да куда ж ты лезешь под колеса! — рявкнул Григорий, вжимая педаль тормоза в самый пол. Внедорожник вильнул на скользком асфальте, взвизгнули покрышки, и машину ощутимо занесло к обочине. Осенний ливень хлестал по лобовому стеклу так, что дворники, надрывно скрипя щетками по стеклу, едва справлялись с потоками воды. Григорий шумно выдохнул, чувствуя, как по спине ползет липкий холод. Дорога от карьера до города всегда казалась долгой, но сегодня эта слякотная трасса под Вологдой превзошла саму себя. Он нащупал кнопку аварийки. Желтые сполохи выхватили из темноты размокшую обочину, бурую траву и… нечто серое. То самое, из-за чего он едва не улетел в кювет. Мужчина накинул капюшон штормовки и толкнул тугую дверцу. В лицо мгновенно дохнуло ледяным ветром, пропитанным сыростью и прелой листвой. Чавкая тяжелыми ботинками по мокрой глине, он обошел капот. У самого края асфальта, свернувшись в неестественный неподвижный силуэт, лежало животное. Собака. Крупная, судя по остову, но сейчас от