Зинаида Гребенникова

Мало кто знает, что последний русский царь, Николай II, по крови был русским примерно на 1%. Это был царь почти полностью с немецкой кровью. Его жена - немка, его мать - датчанка из немецкой династии, его прабабки и прадеды - герцоги маленьких немецких земель. Царь, как символ русской монархии, формально был почти чистокровным немцем. Это написано в официальных европейских справочниках, которые сама императорская семья пыталась запретить ввозить в Россию, чтобы об этом поменьше говорили. Давайте представим масштаб. Немцы не просто сидели на троне. Они были абсолютно везде. Среди генералов русской армии их было половина. Среди губернаторов больше половины. Армия, наука, дипломатия, тайная полиция - все это в значительной степени держали в руках люди с фамилиями фон Бенкендорф, фон Нессель Роде, Остерманн, Миллер. И вот главный и самый интересный вопрос. Как так вышло, что огромной славянской страной веками управляли люди, которые в этой стране не были рождены? Кто их позвал? Захватили л

В 2016 году ирландская исследовательница Бернадетт Мёрфи обнаружила в частном архиве пожелтевший листок с карандашным рисунком. Автором рисунка был доктор Феликс Рей, молодой врач арльской больницы, который зимой 1889-го зашивал рану одному художнику. На листке доктор аккуратно заштриховал отсутствующую часть уха своего пациента. И это была не мочка, как сто лет твердили учебники по истории искусства. Это было всё ухо целиком. Вопрос «кто это сделал» с тех пор звучал куда серьёзнее. Рисунок пролежал больше восьмидесяти лет в библиотеке Бэнкрофта при Калифорнийском университете, сложенный пополам, засунутый в папку среди газетных вырезок. Мёрфи, прожившая в Провансе тридцать с лишним лет, нашла его в архиве Ирвинга Стоуна, автора романизированной биографии «Жажда жизни». В 1930 году Стоун попросил доктора Рея зарисовать рану по памяти. Доктор, к тому времени уже пожилой терапевт, согласился и приложил к рисунку записку. «Я рад возможности сообщить вам сведения, которые вы запросили

-Петр, мне нужен развод. - решительно произнесла Ольга. - Я полюбила другого мужчину. Муж оторвался от книги и устало взглянул на жену: -Ольга, мы члены императорской семьи. О разводе не может быть и речи. Во всяком случае, немедленный развод исключается, иначе пострадает честь семьи. Давай вернемся к этому вопросу через семь лет, если ты не передумаешь. Ольга разочарованно замерла. Она ожидала скандала, уговоров, но не такого спокойствия. -А если я с ним сбегу? - с вызовом бросила она. Герцог Ольденбургский задумался, а потом принял неожиданное решение. -Назови мне его имя. Я сделаю его своим адъютантом, и он сможет поселиться в нашем доме на Сергиевской. Вы будете видеться ежедневно. Растерявшаяся Ольга кивнула и назвала имя любимого. Она снова ощущала, что ее загоняют в ловушку. Точно также пару лет назад, ее хитростью принудили к неудачному замужеству, о котором она жалела каждый прожитый день. Ольга родилась в июне 1882 года. Она была младшей дочерью и последним ребенком импе

"Я не притронусь к вам", - заявил муж в первую брачную ночь. Вежливо попрощался и ушел с красивым гусаром. Ольга упала лицом в подушку, ее плечи сотряслись от рыданий. Бедняжка никак не могла понять, что же с ней не так. Рождение младшей дочери императора Александра III и императрицы Марии Федоровны ознаменовалось пушечным салютом, прогремевшим по всей Российской империи. Девочка, нареченная Ольгой, родилась в 1882 году в Петергофе, в уютном дворце Коттедж. Когда великая княжна немного подросла, ее тетушка, королева Великобритании и Ирландии, посоветовала Марии Федоровне пригласить воспитательницу из Англии. Вскоре в Россию прибыла некая мадам Елизавета Франклин, которой и предстояло заняться образованием и воспитанием Ольги и ее сестры Ксении. Воспитание строилось по английским канонам: простота, строгость и почти спартанская дисциплина. Девочки спали на жестких койках, пробуждались с первыми лучами солнца и начинали день с умывания ледяной водой. Утренняя трапеза великих княжон неи

Мы привыкли думать, что с возрастом неизбежно приходят забывчивость, замедление мышления, снижение внимания и ухудшение памяти. Что «так уж устроено», и с этим ничего нельзя поделать. Но что, если это не так? Что, если мозг может оставаться ясным, гибким и активным даже в 80, 90 и 100 лет? Это не мечты — это реальность, подтверждённая жизнью одного из величайших учёных XX века — Натальи Петровны Бехтеревой. Академик, нейрофизиолог мирового уровня, создатель Института мозга человека РАН, автор более 300 научных работ и десятков книг, она до последних дней своей жизни — до 83 лет — сохраняла невероятную ясность ума, остроту мышления и творческую энергию. Её лекции, интервью и книги до сих пор вдохновляют миллионы. Наталья Петровна не просто изучала мозг — она знала, как обращаться с ним бережно, умело и с уважением. И главное — она делилась своими знаниями и личным опытом, чтобы каждый мог применить их в жизни. В этой статье — 7 ключевых правил, которые использовала сама Бехтерева. Их п