Авторские рассказы

Кирилл сразу влюбился в Верочку, как только увидел её в магазине, когда возвращался с работы и по пути заскочил по-быстрому в супермакет, чтобы купить свежие продукты к ужину. Вообще-то он жил в одной квартире с матерью, и обычно она готовила ему ужин, но недавно как раз уехала в санаторий, и Кириллу пришлось хозяйничать одному. В тот вечер он бы очень голоден, не успел пообедать из-за того, что день тогда выдался суматошный, загруженный разнокалиберными задачами, и остались ещё нерешённые вопросы на завтра, в общем, в тот момент ему и не до любви вовсе было, но, как поётся в старой песне про то, что «любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь», она и нагрянула к нему именно в тот самый момент. Кирилл торопливо забрал с витрины пластиковую баночку с солёной селёдкой, которую решил съесть с картофельным пюре, оставшимся в холодильнике со вчерашнего дня, он повернулся и случайно толкнул под локоть незнакомую девушку, которая только что набрала целый пакет апельсинов. - Ой! – воск

У Зевса и Геры было четверо детей: Арес, Геба, Илифия и Гефест. Гефест родился таким слабеньким и хилым, что Гера, разочарованная его неказистой внешностью, схватила своего (только что рождённого) сына и в гневе сбросила его с Олимпа. Он падал целый день и рухнул в море, которое смягчило это падение, и божественный малыш всё-таки уцелел, правда, но от удара о воду он сильно повредил ноги и с тех пор стал хромым. Нереиды (морские нимфы) Эвринома и Фетида подхватили Гефеста у самого дна, они вынесли его в подводную, тёмную пещеру, которая пряталась среди коралловых рифов, где вился свет и журчали подводные ключи. Хромой, отвергнутый богиней‑матерью, этот ребёнок рос совершенно один, если не считать двух добрых морских дев, которые пожалели его и окружили поистине материнской заботой. Они кормили его дарами моря, учили всему, что умели сами, и главное - не смеялись над его хромотой и убогостью, что для этого брошенного ребёнка было дороже любых даров. Когда Гефест немного подрос, то сдела

Марина не смотрела в сторону своих ровесников, местных мальчишек, хоть они и предлагали ей дружбу, когда она уже вступила в пору юности и созрела для романтических отношений. Эта вполне симпатичная и очень целеустремлённая девушка хотела поехать учиться в Москву и мечтала о московском муже и о жизни в столице, поэтому, игнорируя любую романтику, упорно занималась и всё-таки поступила в один из столичных институтов. Студенческая жизнь захватила Марину, ей было интересно и весело учиться в Москве, но всё получилось совсем не так, как в её мечтах, потому что женихи с московской пропиской не обращали внимания на скромную провинциалку, и она так и не нашла себе среди них пару. На последнем курсе ей пришло приглашение на встречу выпускников в своей родной школе, и она решила пойти, тем более, что эта встреча была запланирована как раз во время её каникул, когда она будет дома у родителей. Она сразу заметила в толпе бывших одноклассников улыбающегося Диму, а потом, улучив момент, бывший однок

Таня мыла поддоны в операционной, когда услышала шум в их отделении и увидела из открытой двери, как в коридор ввезли каталку, на которой лежал мужчина лет шестидесяти или меньше, бледный, с синеватым оттенком на плотно сжатых губах. Он шевелил руками, как будто хотел схватиться за спасительный круг, хотя, возможно, это просто шевелилась простыня, которой его слегка прикрыли, и создавалось такое впечатление. Из приёмного покоя уже звонила дежурная медсестра, и Таня, ответив на звонок, услышав в трубке: - Танюш, к вам тяжёлый едет, с подозрением на расслоение аорты, давление 210 на 120, готовься на выход, моя девочка. Дежурила Лина, молодая, красивая девушка, с чувством юмора, которая очень хорошо относилась к Татьяне и при возможности помогала ей по работе. - Спасибо, Линочка, уже бегу! - ответила Таня, и, оставив недомытый поддон в раковине, торопливо направилась к своему посту. - Татьяна, ты со мной? - спросил её Сергей, который уже облачился в свою специальную медицинскою одежду и

Каждое утро Марии Николаевны начинала одинаково, когда ровно в восемь часов ноль-ноль минут (по будильнику, установленному в её мобильном телефоне) она выходила из дома и гуляла району, где проживала, совершая два круга вокруг близлежащих многоэтажек. Так делать ей посоветовал участковый доктор, и Мария Николаевна скрупулёзно следовала его советам, потому что по её мнению это был очень хороший доктор, и ему можно было доверять. В будние дни такая прогулка обычно заканчивалась бассейном, где пенсионерка, надев плавательные купальник и шапочку, проплывала свои обязательные двадцать дорожек, а потом ещё минут десять сидела в джакузи, размышляя и поглядывая на других посетителей. Она бы посещала бассейн и в выходные, но в субботу и в воскресенье здесь не было льготной скидки пенсионерам, поэтому пришлось ограничиться только будними днями. Из бассейна её обычно забирал внук Георгий, по взаимной договорённости, чтобы бабушка после плавания не простудилась. Раньше Мария Николаевна работала б